— Ну, если исхитришься, то сильно обяжешь мою жену, — насмешливо отозвался Соверен. Я не хотела быть чем-то обязанной охраннику, а еще больше не желала выглядеть полной дурой, но… если и вправду можно найти зеркало, то зачем подвергать себя риску и кликать беду?
Не знаю, что подумал святой брат, когда в храме появился плюющий через плечо, стучащий по косяку боевой маг, который еще и зеркало попытался потребовать. Разве что — наивный — решил, будто молодые надумались развестись еще до первой брачной ночи.
Но Джэр вернулся с букетом, а когда передавал цветы, то извиняющимся тоном посетовал:
— Зеркала не было, пришлось посмотреть в серебряный поднос.
— Спасибо, — прошелестела я, вцепившись в букет так, словно он являлся спасательным кругом на открытой воде.
— Поехали в башню Сатори, — бросил Соверен, но снова остановил беднягу Джэра:
— Спроси у Норта что-нибудь перекусить. Он вечно с собой таскает еду.
— Так же он же одну траву жует! — наконец в непроницаемом голосе стража проявился тщательно замаскированный смех.
— Как и моя жена, — намекнул Гард, для кого предназначалось угощение.
— Не надо отбирать у человека еду! — Я испуганно потрепала его по коленке. — Это нечестно! Поедим там, куда мы приедем… Кстати, а куда мы едем?
— Туда, где потеплее, чем на Сатори, и поспокойнее, чем на Тегу, — напустил туману Соверен и отдал короткий приказ ехать.
Световые шары погасли, остались лишь светильники на крышах карет, салон поглотил кромешный мрак. Мы тронулись в путь.
Экипаж качался на местных ухабах, скрипели рессоры. Воздух в салоне постепенно наполнялся ненавязчивым свежим запахом цветов. Что говорить, Рута умела составлять букеты и колдовать над ароматами, заставляя их раскрываться по чуть-чуть, а не сносить с ног волной сладкого смрада, как целая подвода роз с острова Эльбы в тесной гостиной.
— Может, пересядешь ко мне? — в тишине спросил Соверен.
— Зачем? — немедленно встрепенулась я.
Конечно, глупо, но почему-то в голову лезла пикантная сцена из любовного романа, где герои, остановившись ночью в густом лесу, кинулись в карете заниматься всякими непристойностями.
Не желаю терять невинность в экипаже, трясущемся по разбитым дорогам промышленного острова!
— Господи, женщина, какая же ты сложная! — проворчал Соверен и потянул меня за руку, заставляя пересесть. — Зачем идти ко мне? Потому что вдвоем теплее.
— Ты хочешь, чтобы я тебя погрела?
— Я хочу обнять свою жену.
