Выстрел мимо цели

Он запомнил это, поскольку почти сразу фатально неправильно произнес название премии, заслужив бурное одобрение толпы.

Он взял Полин на мероприятие в качестве своей «спутницы», что часто проделывал в те времена. Да и немудрено: она любила выпить, а его устраивало, что есть еще кто-то, с кем можно пообщаться, кроме бухгалтера из Севеноукса, который о нем не слышал, но требовал селфи.

Бетани указала на фотографию, на которой он держал Полин за талию, а Майк улыбнулся и рассказал ей о промахе с «Бухпремией Кента». С этого момента Бетани начала долгий процесс превращения Майка в лучшего и более счастливого человека.

– Ты должен был пойти туда со своим другом, – сказала она.

От неожиданности Майк порвал пакетик и рассыпал арахис на столе. Кажется, его тайна – уже не тайна.

Они выпили еще по пинте, а потом еще и еще. Майк никогда раньше по-настоящему не признавался в своей ориентации. Тем более так открыто: в пабе, коллеге. Он был достаточно взрослым, чтобы скрывать это как свернутый платочек в глубоком кармане.

Почему же? Да по сотне причин. По тысяче причин. И все эти причины были связаны вместе узлом стыда. Именно этот узел и начала распутывать Бетани. Она запретила Майку чувствовать стыд. Она была из другого поколения. Из того поколения, которому Майк завидует. Он иногда видит их на улицах. Он уверен, что у всех есть уязвимые места и неуверенность и молодым людям, конечно, есть еще с чем бороться. Но радость, с какой они умеют себя преподносить, заставляет Майка одновременно и гордиться, и ревновать.

Процесс не был быстрым и легким, но все это время Бетани оставалась с ним. Майк признался друзьям, коллегам. Он помнит, как впервые рассказал об этом Полин: был очень серьезен, торжественен, когда раскрыл перед ней свой секрет. Полин крепко обняла его и просто сказала: «Наконец-то, дорогой. Наконец-то».

Майк задается порой вопросом, почему Полин так легко это восприняла, но, опять же, – разные поколения.

Майк никогда не делал официальных каминг-аутов на публику, хотя об этом мог узнать любой, кто захотел бы по-настоящему.

Постепенно, шаг за шагом, он осознал, что меняется внутренне. Конечно, он по-прежнему выглядел потрясающе, носил костюмы, укладывал волосы лаком и флиртовал с женщинами, но начал становиться самим собой. Стал подлинным, настоящим.