XXXL. Как (не) влюбить(ся) в миллиардера

Я буду сидеть на лавочке возле подъезда, окруженная моими кошками, и безумно смотреть в синее небо, пытаясь расшифровать облачные фигуры. И не узнавать двух идиоток, сцепившихся в перекрестном бойцовом захвате, валяющихся сейчас в золе пепелища и верещащих при этом, как дворовые псины.

– Я бы тоже сбежал, на месте буржуинчика. Тебе бы, дочка, в церковь сходить, или там к знахарке какой. Бесов изгнать, этих вон, – пожевал губами Апполинарий Рюрикович, напряженно наблюдающий за побоищем. Я прижала кошку к груди и молча зашагала прочь.

Сейчас мне хотелось только одного, чтобы меня все оставили в покое. Ну и ванну принять тоже не мешало бы, чтобы смыть огненные отпечатки чужих рук с тела и память о прикосновениях гада и мерзавца из головы. Да и звуки далеких сирен приближались. А мне очень не хотелось снова становиться объектом внимания. Я же Промсарделька, а это уже стало брендом в сети.

– Ничего, Чуча, – всхлипнула я в притихшую кошку, с которой меня с трудом впустили в уродский маленький автобус, трясущийся, как чахоточный и пукающий выхлопными газами.

 – Никто нам с тобой не нужен. Будем жить вдвоем, а потом может еще возьмем котеночка с улицы. А этот пусть к силиконовой своей валит. Она же «Любимая». От мужиков проблемы одни.

– Мяу, – расслабленно возразила кошка. Автобус резко затормозил возле родной остановки. Я выпала из воняющего адом монстра, и пошла домой. Но и пары шагов не успела сделать.

– Здравствуй, доча, – чужой голос показался выстрелом. Я вздрогнула и медленно начала поворачиваться в сторону его источника.

 – Ну, обними папку. Чего как не родная?

– Папа, – глупо хныкнула я, не зная, что предпринимать дальше. Но взяла себя в руки, вымученно улыбнулась и бросилась на шею незнакомого мне мужика, заливаясь слезами. Он похоже не ожидал таких проявлений чувств, потому что озадаченно крякнул, и попытался отцепить меня от своей шеи. Чучмечка у меня за пазухой взвыла дурью, и высунув лапу полоснула дядьку по лицу. Он заорал и с утроенной силой заюлил, вырываясь из объятий любящей доченьки.

 – Папочка, боже.

– Ты звезданутая? – прорыдал любящий папуля. – вся в мать.

– Но ты же хотел именно такой встречи, – хмыкнула я, наконец выпуская родителя, внешности которого не помнила, по причине его отсутствия в моей жизни. – Или что? После того, как ты меня подставил с Холодом, ты думал я буду радостно хлопать в ладоши от встречи с тобой? Между прочим, мог бы сразу ко мне прийти и договориться. Я бы согласилась за ту сумму, что ты Альфредычу дал.