За всё надо платить

Предъявив сумку для досмотра, сделал жалостное лицо и, добавив в голос трагизма, спросил у сотрудника службы безопасности:

— Слушай, командир, здесь нигде телефона нет? На полминуты буквально, только два слова сказать. Очень нужно, честное слово. Ты видишь, я уж до последней минуты на посадку не проходил, все к автомату бегал. А там занято и занято, прямо как назло.

То ли трагизма было много, то ли Саприну просто повезло, но уже через три минуты он стоял рядом с телефоном. И тут ему повезло еще раз. Шоринов наконец ответил.

— Это я, — коротко бросил в трубку Николай. — Тамару ищет кто-то еще. Какой-то частный детектив. Разберитесь как можно быстрее, чтобы хвост за мной следом не потянулся.

Он быстро перечислил Шоринову тех людей, которые могут вывести на Тамару, и почти бегом помчался к автобусу, который должен был довезти его до трапа. В Среднюю Азию Николай Саприн улетал, унося в душе неприятный осадок от разговора с Катей и острую тревогу.

После банкета Михаил Владимирович Шоринов поехал к Кате.

И не потому, что соскучился, он ведь навещал ее сегодня с самого утра, когда столкнулся на улице перед подъездом с Колей Саприным. Ему нужно было позвонить, а вести деловые разговоры поздно вечером из дому он не хотел: жена бывала временами ревнива и, следовательно, слишком любопытна, а в спальне стоял параллельный аппарат.

Утром он ничего не сказал Кате о встрече с Николаем и по тому, что она промолчала, понял, что Саприн его обманул. Но утром выяснять отношения не хотелось, впереди было много дел, да и день предстоял трудный.

А теперь, после выпитого на банкете и после неприятного звонка Саприна из аэропорта, небольшой скандальчик был бы в самый раз. Настроение у Дусика было премерзкое, и Катя представлялась ему самым подходящим объектом для разрядки.

Она не ждала, что в течение дня Шоринов навестит ее во второй раз, поэтому встретила его в ярком спортивном костюме и без макияжа. К его приходу Катя всегда надевала красивые пеньюары или шелковые пижамы, так ему нравилось. Тщательно подкрашенное лицо тоже было одним из непреложных требований.

— Дусик? — удивилась она, открыв дверь. — Что случилось?

— А что должно было случиться? — зло отозвался он, рывком стягивая плащ и проходя в комнату прямо в мокрых ботинках. — Я держу тебя здесь именно для того, чтобы приходить сюда в любое время. Хорошо бы, чтобы ты об этом не забывала.

— Я помню, — сдержанно ответила она, входя в комнату следом за ним.

— Пойди свари мне кофе, я пока позвоню.