— Ага, сегодня юбилей у Беса, я каждый год сюда в этот день хожу. Хороший был человек, — задумчиво покачал головой Горшков.
Похоронен в апреле девяносто восьмого года, получается, он пропал практически сразу после отъезда Яна в Москву…
— А что случилось на самом деле? — задал не дающий покоя вопрос."
"— Да что, что — осенью, почти сразу после того, как ты уехал, какая-то гнида настучала на Беса, что он наркотой тяжёлой торгует. Обратились куда надо, приехали менты к нему с облавой, только Беса предупредить успели, и он незаметно свалил через потайной лаз под полом.
Куда свалил — х** его знает. Как в воду канул. Даже документы с собой не взял — убежал в чём был. Искали его везде, где только могли — бесполезно, а весной, когда снег сошёл, за лесом в овраге нашли сожженную тачку и в ней трупак. Ну менты не долго думая записали жмурика как Беса — и «подснежник» вроде как пристроили, и преступника поймали. Только я тебе скажу, что не Бес это был, точно тебе говорю. Окочурившийся тот ростом как ты был — здоровый, под два метра, а Бес вспомни какой — от горшка два вершка.
И портаки на стопах сохранились немного, а у Беса ни одной наколки не было, точно знаю. Не он это был, — с придыханием подвёл черту Стас.
— А где тогда Бес? Без паспорта он далеко уехать не мог.
— Без паспорта, который он оставил дома — да… — проговорил Горшок и таинственно выдержал паузу.
— Думаешь… — изумлённо повернулся на бывшего одноклассника Ян.
— Уверен! — кивнул Горшков. — По крайней мере хочу надеяться, что наш друг просто свалил из этой дыры в поисках лучшей жизни, как и хотел.
— Слушай, — озарило Яна. — Я же ему денег должен был, когда уехал, и в декабре через Демьяна вернул. А если Бес пропал сразу после моего отъезда, получается…
— А, вот значит на какие деньги Демьян себе тогда «девятку» купил. А говорил заработал. Вот п***бол, — снова заржал Горшок. Осмеявшись, вздохнул. — Давай помянем, что ли? Вместе?
Ян дёрнул плечом. Идея пить на кладбище его мало прельщала, если только немного, отдать дань традиции…
Стас поднялся, отряхнул заношенные, потёртые на тощей заднице джинсы, и демонстративно засуетился.
— Ох, б**, кошелёк-то я дома оставил.
— А, не проблема, сейчас, — достал портмоне. Похоже, в этом городе его решили обобрать до нитки.
— Всё, я мигом — одна нога здесь… Беленькой? — уточнил, оборачиваясь, засовывая купюру в карман.
Ян кивнул.
Шурша рваными кроссовками, Горшков скрылся за перекошенными памятниками.
Да уж, вот так встреча. И новость о Бесе ошарашила.
