Зачем цветет лори

Лавьер чуть усмехнулся и качнул головой.

— Владыка уже отдал приказ, и девушка не доедет до озера. — Мужчина в маске протянул аиду темную склянку. — Кровь принца. Агния укусила его во время забав. Кровь не защищена.

— Да. Принцу это понравилось.

Лавьер усмехнулся, удивляясь глупости наследника. Впрочем, он еще молод и неопытен, поэтому делает ошибки. Аид открыл склянку, растер между пальцев каплю крови. Он ничего не сказал, но мужчина в маске чуть отшатнулся от мелькнувшей в глазах собеседника тьмы.

— Продолжайте наблюдение.

Мужчина в маске кивнул, склонил голову и быстро ушел. Аид осмотрелся и неторопливо направился в другую сторону, на ходу сбрасывая личину светловолосого простолюдина и выбрасывая использованный кристалл. Удерживать чужой образ долго могли только оборотни, потому что это было их даром. Лавьер же мог продержаться с чужой внешностью лишь десяток минут, и то с помощью сильных кристаллов.

Но этого было достаточно для короткого разговора со связным.

Аид никогда не приходил в своем настоящем обличье. Он не доверял даже тем, кто давал ему клятву крови, которую почти невозможно нарушить. Хотя бы потому, что и сам давал такую клятву. Как и все Сумеречные псы, Ран Лавьер присягал на крови Темному Владыке империи и точно знал, что и эту клятву можно разорвать.

Он шел по грязной мостовой и раздумывал, как поступить дальше. Всего несколько дней, как Ошар вернулся в Град, но щит на него был установлен пять месяцев назад, причем установлен Владыкой.

Все же есть своя польза от учебы в цитадели. Как ни жестоки были уроки наставников, но эти уроки хорошо помогали псам выживать. Но, конечно, наследный принц не учился в долине смерти. Он жил далеко от Града и хоть и являлся наследником, но не принимал никакого участия в управлении империей. Темная лошадка. Только эта лошадка что-то слишком активно стала участвовать в забеге. Что ж, похоже, наследнику надоело ждать.

Аид размышлял, но от важных и насущных вопросов мысли упрямо возвращались к тому, о чем Ран думать не хотел. Он не хотел вспоминать, не хотел чувствовать. Хотел забыть.

Он мучился, сжимал зубы, не зная, куда себя деть от этой непрекращающейся агонии. И все равно думал о ней… Снова и снова.

Стражи вернулись поздно ночью, и аид ждал их в своем столичном доме, смотрел на псов равнодушно.

— Вы привезли кольцо? — оборвал он их приветствия.