Зачем цветет лори

Мастер хотел надеть цепочку на шею девушки, но брюнет его отодвинул, в зеленых глазах мелькнула смертельная тьма.

— Я сам, — сказал он и откинул белые косы своей спутницы, застегнул тонкую цепь на ее шее. Синяя капля легла в ложбинку, в вырез белой рубашки, той, что Оникс надела утром взамен разорванной.

— Прекрасно, — выдохнул мастер, любуясь. — Этот комплект просто создан для вас, госпожа.

Лавьер нежно провел пальцем по шее Оникс, с трудом удерживаясь от того, чтобы не выгнать из лавки всех этих мешающих людей и заняться с девушкой чем-нибудь более приятным.

Он ощутил, как она слегка вздрогнула от его прикосновения, но не отодвинулась. Аид медленно гладил пальцами ее шею.

Мастер Ивье молчал, как и его помощницы. Гарнитур был прекрасен и так подходил светловолосой красавице, что слова были излишни.

— Я возьму это, — сказал брюнет, продолжая гладить шею девушки. Господин Ивье, чуть волнуясь, озвучил стоимость гарнитура, но мужчина, кажется, даже не обратил внимания. — Еще заверните две заколки, вот эти, и комплект: кольцо и парные браслеты.

И это ожерелье.

Помощницы заметались по магазинчику, а господин Ивье довольно прикрыл глаза. Сегодня был очень удачный день.

Аид не выдержал, опустил голову, прижался губами к нежной коже Оникс. И с усмешкой подумал, что впервые ощутил удовольствие, покупая украшения девушке. Хотя это было не совсем удовольствие, скорее желание заклеймить ее, привязать, купить…

Украшения мастер собственноручно сложил в шкатулку из белого дерева. Красавица на покупки не реагировала и, похоже, не слишком радовалась им, что удивило и немножко обидело ювелира.

Обычно в его лавке женщины вели себя по-другому. Более эмоционально!

Лавьер распорядился доставить купленное в гостиный дом, назвал адрес и накинул на Оникс плащ.

— Ты устала? — спросил он. — Вернемся? Или еще погуляем?

— Погуляем, — равнодушно ответила девушка, пряча лицо в глубине капюшона. Его забота вызывала у Оникс дрожь ужаса.

Солнце уже поднялось над городом, стало теплее, и улицы заполнились горожанами.

Оникс шла в толпе посторонних людей, ощущая сухое тепло мужской руки. Он так и держал ее за руку, не заботясь, насколько нелепо это выглядит. Так только няньки маленьких детишек водят. Ни золото, ни камни не вызвали в душе Оникс никакого отклика. Ей было все равно, ведь это еще одна прихоть аида, который не спрашивал, а приказывал. Не подарок, а очередная удавка.

Они дошли да маленькой чайной, возле дверей которой росли кусты поздноцветущего растения.