Загадочный пациент

Теперь я понимаю, что он никак мне уже не поможет, только если протянет невидимую руку с того света.

Место, которое занимал брат в моем сердце, стало зияющей дырой. Если несколько минут назад я чувствовала боль, напоминающую мне, что я жива, я все еще существую, то теперь не было ничего. Меня просто накрыл вселенский тупняк.

Было необходимо узнать правду.

- Есть хочешь? – уже знакомый голос выводит меня из транса. Оборачиваюсь к мужчине, сразу же улавливаю исходящее от него амбрэ с солодовыми нотками. От алкоголя взгляд его немного затуманился.

Только после вопроса Майлза понимаю, что не ела сегодня целый день, желудок крутит голодный спазм, но я все равно отрицательно качаю головой.

- Не ври. – усмехается он и подходит ближе, протягивает мне планшет с уже открытой страничкой магазина. – Выбери себе одежду и иди в душ. Потом будем ужинать.

Он садится рядом, не трогает меня, просто прикасается своим телом к моему, а меня прошибает в холодный пот.

Единственный мужчина, который меня касался.

Самый красивый из всех, кого я встречала. В школе и университете меня не интересовали мальчики, либо потому что они казались мне слишком маленькими, либо из-за страха, что Папа оторвёт мне голову, если я буду замечена в романтичных делах. Не знаю. Мне нравились герои книг и фильмов, иногда я фантазировала, что в меня влюбится невероятно смелый и харизматичный герой и украдёт, чтобы жениться. Вот и дофантазировалась. Мысли материальны. Бойтесь своих желаний.

- Мне не нужно ничего.

– упрямо отвечаю, вскидывая голову. – Я хочу поговорить.

Ответом мне служит только приподнятая вопросительно бровь. Майлз напоминает мне дикого волка, весь такой красивый с голубыми глазками, но стоит тебе разозлить его – он покалывает свои клыки, склабится. Разорвёт и дернуться не успеешь.

- Ты убил моего брата? – вопрос слетает с моего языка быстрее, чем осознаю, что произношу это в слух. Даже сердце не бьется. Цепляюсь руками за обивку вишневого дивана. Молю Бога, чтобы это оказалась не правдой.

Даже не замечаю, как перешла к нему на «Ты», когда это граница стерлась.

Майлз не спешит с ответом, но все же отвечает.

- Нет, но я причастен к его смерти. С удовольствием бы убил его сам. – его голос не меняется пока он говорит самые страшные для меня слова. Ни один мускул лица не дрогнул, для него это так обыденно… Ноль сострадания ко мне. Для него человеческая жизнь ничего не стоит. Вижу это в глазах, он и своей смерти не боится.