Известно ведь — береженого Бог бережет, а не береженого караул стережет. Само собой, немецкий, если сразу у танка не постреляют.
Слева, метрах в двухстах, шевельнулись кусты. Ай-яй-яй, как неосторожно!
Я проверил башенный, спаренный с пушкой пулемет «ДТ» — Дегтярева, танковый, взял из боеукладки пару дисков с патронами и положил рядом. И когда кусты шевельнулись вновь, только уже гораздо ближе, выпустил по ним длинную — на целый диск — очередь. Стук кувалды сразу прекратился, в люк нырнули танкисты.
— Чего стреляешь?
— Немцев отгоняю.
Заканчивайте быстрее.
Я сменил диск на пулемете, загнал в пушку фугасный снаряд.
Танкисты продолжили работу, кувалды стучали часто. Похоже, уже ставили на место пальцы.
Но и немцы не хотели просто так смириться с нашим ремонтом. Из рощицы послышалась автоматная стрельба, по броне застучали пули. Пока что танк укрывает танкистов, но ведь немцы могут зайти и с другой стороны.
Я прочесал из пулемета всю опушку, еще и из пушки фугасным снарядом выстрелил.
На время немцы затихли.
Кувалды продолжали стучать, работа по ремонту продолжалась.
Я вручную развернул башню к лесу и дал из пулемета несколько очередей, хотя ничего подозрительного не обнаружил. На Т-34 башню можно было поворачивать вручную, маховиком, но медленно, или электроприводом. Так получалось быстрее, но так легко проскочить цель или посадить аккумуляторы.
В нижний люк залезли танкисты.
— Готово!
— Тогда поехали.
Механик завел дизель, и танк рванулся через поле к своим.
Немцы в бессильной злобе обстреляли нас из пулемета, не причинив, впрочем, никакого вреда.
А вот и наши: пехотинцы окопались на опушке, оставшиеся три танка Т-34 стояли в лесу, пушками к неприятелю.
Наш танк, свалив несколько деревьев, подъехал к ним. Механик заглушил двигатель. Танкисты выбрались из боевой машины, я — с ними. Встал, раздумывая — идти к усатому сержанту в пехоту или остаться здесь и упросить командира, чтобы перевел в танкисты.
Я немного помялся, но затем все-таки направился за танкистами.
А навстречу уже — комбриг в комбинезоне, из-под распахнутого ворота гимнастерка шевиотовая выглядывает, в петлицах — шпала.
Танкисты остановились и вскинули в приветствии руки к шлемофонам.
— Товарищ комбриг…
— Вольно! Молодцы! Все сам видел — и как танки немецкие били, и как гусеницу ремонтировали. Постойте, а Сергеев где?
— Убили командира и заряжающего, товарищ комбриг, еще в самом начале атаки. Из пушки в башню угодили.
