Захват Московии

Всё в порядке!

Но что-то настойчиво выкрикивало во мне, что ничего не в порядке. Кого они ведут? Что им надо? Я не знал, что делать. Убежать? Но куда и как? Они уже внизу. Я — в пижамных брюках, тапочках, майке. Не успею никуда. Хоть бы их задержал портье!..

Я приоткрыл дверь в надежде услышать снизу перебранку. Но вместо этого услышал тишину, а потом шаги по черной лестнице, в обход лифта. Вот они появились в коридоре. Первым шагал Исидор, как заведенный. Фрол и другой тип тащили какого-то маленького монголоида с ссадинами на скулах, он вырывался:

— Киюта ити?.

. Чито? — на что Фрол говорил ему:

— Молчи, чурятина, пока жив, — а второй боец тащил молча, и вдруг, так же молча, дал монголу с размаху по уху, отчего его приплюснутая голова отлетела на плечо, что-то хряснуло, а он смолк, испуганно озираясь, как птица.

— Салют, господин бакалавр! — сказал Исидор и вошел в не открытую мной дверь; за ним ввалились эти трое.

Фрол, оставив монгола, закрыл дверь на ключ:

— Чтоб не сбежал! — и возмущенно показал мне криво оторванную от ящика коричневую продолговатую картонку, где печатно было написано:

ОЧИН ХАРОШИ КУСНИ ПАМИДОРИ 100 рубли

— Видал, что делают? Мы шли к тебе листовки забрать, у нас сегодня в три акция на рынке, вот радикалы подготовили.

 — Фрол кивнул на черного типа (тот, с надвинутой на лоб шапочкой, в это время обыскивал дергавшегося, как курица, монгола с кустишками щетинок на лице). — Идём, видим — этот чуркан стоит, помидоры продает, под вот этой табличкой… — И Фрол хлопнул монгола по лицу картонкой.  — Ну, томаты потоптали, вишь, грязь, — (ботинки у него и у радикала были в красных ошмётках), — а самого взяли в плен, чтобы штраф заплатил…

— Штраааф! Ты пооняяял? — тем противным тоном, что я ненавижу, сказал радикал.

— Киакой шитираф?… Я уше мента заплацивал…

— Пасть закрыл, я сказал! Штраааф!

Радикал силой усадил монгола на стул, дал ему по макушке. Он стоял над ним вплотную, почти упираясь в лицо ширинкой своих чёрных брюк со множеством карманов.

Монгол клацнул зубами, щелочки глаз превратились в ниточки.

Это всё мне очень не понравилось, я решительно направился к Исидору:

— Знаете… здесь… уборки всякие… уже звонили… третьих лиц… — но Исидор рукой отстранил меня:

— Позвольте! Кто звонил? Портье? Внизу никого нет… — И добавил, помягче: — Да вы не переживайте. Ребята ему диктант дадут, он напишет, ошибки сосчитаем, он расплатится — и пойдет под свои нары, где он там обитает… И всё. Я ему сейчас объясню.