Захват Московии

— Мне б ваши заботы…

Я ехал молча, посматривая на широкие улицы Москвы и думая о том, распилил ли полковник бабло с прокурором или просто обманул прокурора?.. Наверно, распилил — откуда у квази-Гагарина такие часы?.. А может, и обманул, всё так представил — шито белыми нитками, крыто черными нитками, свидетель ничего не видел, в ванной сидел… Ещё и про иск придумал, и про анализы… И следствию помог… И портрет дал… Ну, по-любому хорошо… Сейчас Алку увижу… В чём она будет, в юбке или платье?..

Потом мы попали в пробку.

Вокруг нас сгрудились большие чёрные машины. Я от нечего делать стал их разглядывать. На двух-трёх были синие лампы, разные огоньки и фары, а на лобовых стёклах — эмблемы, какие-то красивые плакетки с гербами, плакатики с золотыми надписями, чаще всего можно разобрать «Федеральное», «Федеральная»…

— Что эти прибомбоны? Блямбы, пломбы? Всюду «федеральное»? — спросил я.

— Это всё блеф, туфта…

— Нет, не ткань, а пафосное фуфло… как и всё в нашей Фуфляндии… Всё это фальшивое, за бабки купленное…

— Но почему фуфта? — (На бутылках блямбы и пломбы я понимал — дороже продать, но тут?.

. И как может быть всё фальшивым? Нет, он обманывает, такого не бывает.)

— А чтоб безнаказанно по городу ездить и свои тёмные делишки творить.

— И все они… что творят?

— Что хотят, то и творят. А вы думали, они все сиротам в детдом гостинцы везут, спешат? Как же, держи карман шире!

Я на всякий случай ощупал карман, но сержант не объяснил, завернул между домами и стал искать глазами:

— Тут где-то, номер 7… Подъезд этот, кажись… Не разберу.

— А ты разбери. Сталинский дом. Полковник приказал… — осмелел я.

— Вот пусть полковник и ищет, — огрызнулся Пьянуриков. — Кто их разберёт, сталинский он или микояновский… Там будет, в углу, четвёртый подъезд, тут третий!.. Вот и эти шалавы! — ткнул он на балкон, где Алка и другая женщина махали руками.

Неужели эта вторая — та, с которой Алка из номера говорила, что надо потного немчика тешить-изутешить?.

. Надо сразу принять душ. Побриться, хотя у меня и так не сильно растёт… Вот у полковника борода, видно, сильно растёт — щеки синие даже выбритые… Он бы недолго у Грозного сидел, а я — долго… Но мечты о второй женщине пошли в обратном направлении, когда стало ясно, что это измученная сестра Алки (с сидячим в тюрьме сыном и лежачим от пьянки мужем). Опять слушать эти мурчаловки!..

Я забрал сумку и отправился в подъезд.