– Никуда не расходиться! Не шуметь! На снаряды не лезть! Красницкий, остаешься за старшего! В случае чего, спрошу с тебя! Всем все ясно?
– Да! – вторил ему дружный хор голосов.
Не обронив более ни звука, Макаров стремительно покинул спортзал.
Лена же, еще несколько минут неотрывно сверлила потерянным взглядом дверь, через которую он только что вышел, и задавалась одним единственным вопросом:
«Что сейчас произошло?»
Приложив дрожащие заледеневшие ладони к пылающим щекам, вновь задумалась.
«Я ли это была? Я же панически боюсь высоты! – тщетно пыталась проанализировать собственные действия.
– Как я могла? Как ВООБЩЕ осмелилась спрыгнуть? Еще и… прямиком на ручки к учителю! На глазах у всего класса! Боже…»
– Да, Белова! – осуждающе поцокал языком Вячеслав. – Ты и мертвого из себя выведешь! Первый раз Эдуардовича таким неуравновешенным вижу…
– Ой, вот кто бы говорил! – отзеркалила его же интонацию. – Вся школа с облегчением вздохнет, а учителя дружно перекрестятся в тот день, когда тебе аттестат вручат!
Красный надменно фыркнул:
– Что есть, то есть!
Спустя секунду к ней подошел Ромка.
Улыбаясь, что называется, во весь рот, Чернев приобнял ее за плечи.
– Слушай, Лен, – вкрадчиво, заискивающе, – а ты чего, на физрука что ли запала?
– И запала, и упала! – дико загоготала Наташка Пылева. – И все на бедного физрука!
Ее смех подействовал на Лену отрезвляюще. Встрепенувшись, она гордо вскинула подбородок, и холодно улыбнулась, испепеляя одноклассников гневным взглядом.
«Смутить меня что ли пытаетесь? Серьезно? Смущалка еще не выросла!»
Мягко скинув с себя Ромкину руку, она играючи щелкнула парня по носу.
– Может и запала! – пропела ехидным голоском. – Тебе-то что? Влюбился?"
"– Да, н-е-е! Тупо поспорил с Никифоровым!
– На что?
– На штукарь!
– Причина вашего спора, дубина?
– Так это… запала ты на Макарова или нет!
– А сам как считаешь?
– Я почти уверен, что да.
Прочистив горло, Белова произнесла довольно громко, чтобы слышал каждый:
– Конечно, он мне нравится, Рома! И большинству девушек, присутствующих здесь он тоже нравится.
Это не новость, и не тайна. Просто наши скромницы-трусишки боятся показать свои чувства, вот и все!
– А ты, значит, не боишься?
– А я ими… горжусь!
Лена похлопала парня по плечу, и обратилась непосредственно к Никифорову.
– Санек, отдай Ромке его тысячу! Ты проиграл!
Сашка раздосадовано ругнулся, а Чернев, кажется, сошел с ума от радости.
