Замок княгини

Иначе… так скажем, твоя сестра, малышка Эйль, отправится на воспитание в какую-нибудь очень дальнюю обитель, и твоя мать не увидит её лет шесть… до самого её замужества.

— Но почему? — с трудом разлепила губы Кантана.

— Я не стану объяснять. Скажу лишь, что ты будешь в опасности.

— Тогда при чем здесь моя сестра и моя мать?

— Потому что это способ проще всего объясниться с тобой. Помни, что ты не должна говорить ничего своему мужу, потому что он потребует объяснений, которые мы не можем ему дать.

— Но могу ли я?.

. — Кантана подумала о Джелвере, который сильный маг.

Сумеет ли она не ответить, если он спросит?

— Можешь, княгиня, — глаза мага Годана хищно сузились, он быстро вынул из складок одежды маленький флакон и махнул им перед лицом Кантаны, она смогла лишь отшатнуться.

Запахло какой-то смесью пряностей, довольно приятной.

— Маленькое, очень тонко настроенное синее заклятье, — сказал маг, — оно долгое время не даст тебе рассказать кому-либо о чем-то, что связано со мной. И разглядеть его сложно. Ты поняла? И помни, всё это в твоих интересах.

Постарайся, княгиня, — он выделил голосом обращение, оно прозвучало торжественно и зловеще. — Сделай так, как я сказал, и будь уверена, что больше я не посмею что-либо у тебя требовать. Праздник по случаю твоей свадьбы ещё продолжается. И пусть твой муж публично предъявит простыню, чтобы ни у кого не было сомнений. Успеха тебе, — взгляд его почти мгновенно оттаял, снова став отеческим и мягким.

Он ушел, в ту же дверь. Почти сразу Кантана заглянула туда — там было что-то вроде маленького кабинета, и — никого, пусто.

Портал в одной из её комнат. Нет слов.

Все это казалось безумием. А завтрак с императрицей — это был такой пустяк, оказывается.

Вазочка с длинным горлом из разноцветного стекла удобно легла в руку, и Кантана с размаху швырнула её в стену — мелодичный звон, и вазочка осыпалась грудой осколков.

Когда-то она, Канана Каюба, самовольно обручилась с Риком Шаном, учеником отца — исключительно затем, чтобы пойти вопреки воле родителей.

И что ж — они этого даже не заметили. Только Шан остался обиженным. Хотя, конечно, он не может не понимать, что их разрыв — не её вина, а обстоятельств.

Они бы поженились, она была бы хорошей женой — наверное. Отец не помешал бы, они решили убежать и пожениться тайком. Отец бы сердился. А Кантану тогда пьянило собственное своеволие, ей было радостно оттого, что она собиралась поступить, как сама решила.

Надоело быть послушной дочкой, покорной куклой! Как же глупо.