— Ты скромная девушка, Лена, — заключает он. — И очень сильная. Мужчины часто недооценивают женщин, за что расплачиваются потом. Мы недооцениваем ад, в который женщина может превратить нашу жизнь, и еще чаще упускаем рай, который она может подарить.
Он говорит обо мне и матери Влада и Павла. Это очевидно, хотя и прикрыто формой афоризма. Я смотрю ему в глаза и чувствую укол, меня пронзает жизненный опыт, который ему достался. Я вижу перед собой много пережившего и много сотворившего человека. Яскевич не прячется за усмешкой или колкостью, в которых он мастер, а пускает в свой круг.
— Да, я сильная, — я соглашаюсь. — Я поняла это рядом с Владом.
Я шагаю в сторону, привлекая внимание Павла.
— Вы же еще не разговаривали, как братья? Влад не знал все это время, что у вас одна мать.
— Сегодня поговорим, — с неясной интонацией бросает Паша.
— Ты что ждёшь угроз от него? Или ярости? Боже, Паша, он бы не позвал тебя за один стол со мной, если бы собирался вести мужской разговор.
Раздаётся щелчок входной двери.
— Почти не опоздал, — произношу и поворачиваю к холлу. — Минутку.
Бестужев ставит дипломат на комод, поправляет прическу небрежным взмахом ладони и проходит крепкими пальцами по воротнику белой рубашки. Я любуюсь его красивыми жестами, в которых слышится эхо силы. А еще напряжения."
"— Переживаешь? — спрашиваю шепотом, подходя к комоду. — Переживать нормально, Влад, так что качать головой необязательно. Они кстати уже приехали, пока никто не подрался.
— Ключевое слово пока, — хмуро шутит Бестужев.
— Как дела в офисе?
— Более-менее, до сих пор разгребаем неприятности, которые устроил Самохин. Два контракта удалось вернуть.
— Отлично, — я встаю на носочки и целую его в щеку.
— Проверяешь, курил я или нет?
Черт, он тоже изучил меня до мелочей.
— Не курил, — я кривлю его, а ладонями провожу по пиджаку, который, к счастью, оказывается темно-зеленого цвета. — Я боялась, что ты будешь весь в чёрном.
— Как на панихиде?
— Вроде того.
Я в последний раз прохожу цепким взглядом по Бестужеву, проверяя его костюм и настрой, после чего легонько тяну его вперёд.
— Пойдём, гости ждут.
Влад берет меня под руку. Мы входим в гостиную вместе, которая тут же превращается в Гренландское море. Становится холодно, да так, что морозные иголки колют кожу.
Ох, просто не будет!
— Спасибо, что приехали, — Влад звучит по-деловому, как будто к нему пожаловали партнеры на переговоры. — Вы еще не ужинали?
— Нет, мы решили дождаться тебя.
