Наверное, заслуживаю всё, что со мной происходит…
Слышу шаги за спиной, как закрывается дверь. От необходимости смотреть мужу в глаза, что-то говорить и может даже улыбаться, передергивает.
Делаю несколько шагов вглубь холла. Слышу:
– Айлин…
Пугаюсь, как дурацкий заяц. Взмахиваю рукой и, не оглядываясь, громковато пресекаю:
– Я спать.
По ступенькам взлетаю быстро. Ускорившись сильнее, иду по коридору. Захожу в свою спальню и хлопаю дверью.
Не знаю, как смогу успокоиться. Просто не знаю.
Хочется смыть с себя кожу, запахи, оглохнуть, потому что до сих пор в голове вспышками слова родных и посторонних.
Одна из маминых подруг даже спросила, когда мы с Айдаром порадуем родителей внуками. В тот момент, мне кажется, сердце разлетелось на миллион осколков. Это страшные люди. Очень страшные…
Неужели я настолько никому из них не важна?
Хотя с чего тебе быть важной, Айка? Ты для всех – вещь. Что для родителей, что для мужа…
Мечусь по спальне тигрицей. Не могу ни разуться, ни даже присесть.
Наматываю круги, не сопротивляясь бесконечному потоку мыслей и эмоций.
Интересно, а как бы им понравилась правда? Что, если бы я весь вечер вела себя так, как хотелось мне? Отказала маме, делилась нюансами нашего брака? Рассказывала, как это больно быть преданной… И преданной… И преданной…
Бекир говорил, что мой муж очень много работает. Хвалил его. А мне хотелось спросить об одном: ты в курсе, как часто он трахает других? Считаешь это нормой? Мужчина – в своем праве? А баба наш, как думаешь…
Меня заносит настолько не туда, что по телу идет крупная дрожь…
Я не знаю, что делать с собой – вот такой.
Взведенной до предела. Плохо настолько, что я готова хвататься за любую соломинку.
Айдар уйдет спать, я разуюсь и спущусь вниз. У него там бар. Я что-то себе налью.
После шампанского было плохо. Но пусть плохо будет потом, а сейчас отпустит.
Кажется, что ловлю момент затишья. Даже выдохнуть собираюсь, но не сегодня. И не со мной.
В очередной раз дергаюсь, когда слышу стук в дверь. Раздражение накрывает волной.
Неужели не понятно, что трогать меня сейчас не стоит?
Я собираюсь крикнуть громкое: «нет! Нельзя!». Хочу хотя бы кому-то хотя бы что-то запретить. Но Айдар моего приглашения не ждет. Ручка опускается, муж шагает внутрь.
Я проезжаюсь взглядом по силуэту. Даже не разулся. Держит двери, смотрит в лицо. Хмурый. Недовольный, кажется. С чего вдруг?
Мое доводящее до исступления бешенство вдруг становится холодным. Расчетливым. Я не чувствую перед ним стеснения.
