У нее это любимый аргумент, которым она разбрасывается налево и направо во время своих бабских чаепитий.
Умываюсь холодной водой и долго туплю на струйку воды, льющуюся из крана, впиваясь ногтями в прохладную поверхность глянцевой раковины. Так впиваюсь, что ломаю средний. Пытаюсь ни о чем не думать, но все равно думаю. Бесполезные установки. Это как сказать: не представляй зеленую корову. И воображение такое: о, ща, погодь.
Вот и сейчас блаженная пустота отказывается поселяться в миниатюрную черепную коробочку, забитую таким хламом, что от усилий начинают ныть виски.
Отвлекаюсь лишь когда с той стороны запертой двери женского туалета вежливо стучат.
— Эй, ты там в унитаз не провалилась на эмоциях? — слышу голос Дениса.
Блин.
— Да иду я, иду, — торопливо поправляю слегка поплывший макияж, убеждаясь, что реклама не обманула и тушь правда водостойкая, и с нейтральным покерфейсом покидаю укрытие. — Что, без меня к десерту велено не приступать?
— Все норм? — проницательно всматриваются в меня.
— А то как же. Высший разряд.
— Тогда почему глаза красные?
— Да у них передоз от твоей смазливой мордашки. Слишком много и слишком часто.
— Пускай привыкают. Это только начало.
— Что, не наигрался еще с тамагочи?
Брови Волкова хмурятся, собираясь на переносице.
— Поясни.
— Лучше ты. Объясни, зачем я здесь? Что ты хотел мне показать? Как выглядят нормальные семьи? Спасибо за экскурсию, но я как бы и так в курсе. Видела на картинках.
— У тебя поразительная способность искажать все до состояния маразма, — очень спокойно, а что главное, непривычно терпеливо отвечают мне.
Без ерничества и подстебываний. — Ты здесь, потому что я хотел, чтобы ты была здесь. Со мной. Потому что мне это важно.
Важно ему. Ладно. Не спорю, вот на этом моменте правда екает. Не первый раз, между прочим.
— Вот когда ты отключаешь балагура, я даже начинаю тебе потихоньку верить, — признаюсь я.
— То есть, чтобы быть с тобой мне нужно превратиться в унылое скучное говнецо?
Оу.
— Да нет же. Просто…
— Просто кое-кому легче найти десятки причин, чем признать, что я тебе и так уже нравлюсь.
Эээ… Стопэшечки. Как мы так резко перескочили абсолютно на другую тему?
— Это здесь при чем?
— При всем, Волкова. При всем. Ты недоверчива, закрыта и недоступна. Живешь в ледяном дворце, который сама же выстроила и наотрез отказываешься пускать меня через порог. Только дело вовсе не в том, что это я такой вот легкомысленный засранец.
