Записки под партами

Делает шаг на меня и заносит руку справа, но он слишком медленный, а может и предсказуемый. Уворачиваюсь. Опять заносить, но теперь, с другой стороны, не теряет надежду попасть в цель, жирная рожа. Снова уворачиваюсь. Бои без правил для меня, как игра, как забава еще с детства. Поэтому отец и записал на бокс, чтобы свою энергию спускал в зале на ринге.

— Кого ты выгораживаешь? — Подхожу к нему, и замахиваюсь так быстро, что Жора не успевает среагировать. Попадаю прямо в голову, в макушку, от чего Титов едва не падает.

Но нет, слиться с землей, было бы слишком гуманно с моей стороны. Хватаю его за край рубашки и тяну на себя, так чтобы отчетливо видел мои глаза и смог прочитать по губам каждое слово, каждое гребанное слово.

— Послушай внимательно, тварь, — говорю медленно, чтобы все из моей речи было предельно ясно. — Я либо сейчас тебе все кости сломаю, и ты в кресло у меня сядешь, либо мы все же поговорим! КТО! КТО, ТВОЮ МАТЬ, ПОСМЕЛ ТРОНУТЬ МОЮ ДЕВУШКУ? — На последних словах перехожу на крик, контроль нещадно покидает меня.

Да и к черту. Давно пора выбить всю дурь из этой свиной рожи.

— Светка, — вдруг выдает он, и я от растерянности теряю бдительность. Руки соскальзывают моментально, потому что услышанное просто не укладывается в голове. И тут Титов не дожидаясь приглашения, идет в атаку. Со всей дури с ноги бьет меня в живот, и я отшатываюсь, оступаюсь назад, но не падаю. Боль моментально пронзает тело, но возвращает меня в реальность.

Жора замахивает кулак, но в этот раз я уворачиваюсь, зато замечаю открытую зону и хватаю за волосы противника. Бью по ребрам, потом по ногам и Титов не выдерживает, падает на колени.

И в этот момент я отчего-то Тасю вспоминаю. Как он там на видео издевался над ней, как возвышался, словно хваленный павлин. Резким рывкам хватаю его за волосы и бью лицом об асфальт. Слышится хруст поломанного носа, но у меня на просторах головы просто заклинила картинка, произошедшая на этой конченной дачи.

— Сука, — выдыхает едва слышно Жора.

Поднимаю его голову обратно, и вижу лицо, которое превращается в пятно с красными подтеками. Кровь вовсю хлыщет, глаза впали. Убогое зрелище.

— Понравилось, да? — Сажусь возле него на корточки, не сводя глаз.

— Иди… — хочет было выругаться Титов, как я снова убью его мордой об асфальт. Кровавая лужа образуется возле моих ног, а мне все мало кажется.