Она, должно быть, раскраснелась во сне, уютно устроившись под одеялами и аккуратно заправив рыжие волосы в миленький кружевной чепчик.
Из чудесных грез его вывел недвусмысленный грохот металла: очевидно, миссис Чилтон старалась предупредить, что пора и честь знать. Наверху уже звучали легкие шаги.
Тобиас наконец понял, что Лавиния и экономка в доме не одни. Мисс Эмелин — достаточно разумная молодая леди, но она, вне всякого сомнения, будет потрясена и шокирована до глубины души, обнаружив, что он провел ночь в кабинете Лавинии.
Молодое поколение в наши дни, похоже, имеет свои довольно строгие представления о приличиях. Остается лишь надеяться, что с годами это немного смягчится.
Тобиас отбросил одеяло, поднялся и с удовольствием потянулся, чтобы размять затекшие плечи. Он уже хотел воспользоваться крохотным туалетом под лестницей, но понял, что это чревато неприятностями. Можно почти с уверенностью сказать, что Эмелин появится как раз в тот момент, когда он будет выходить.
Ничего, он вполне может подождать, пока по пути домой не набредет на укромное место в парке.
Несколькими энергичными движениями Тобиас привел себя в порядок, заправил рубашку в брюки, пригладил волосы и, подойдя к двери, осторожно ее приоткрыл.
В коридоре стояла миссис Чилтон с непроницаемым лицом и дымящейся чашкой чая в руке.
— Подумала, что неплохо бы вам выпить это по пути домой, — деловито объявила она. — А вот и пирожное со смородиной. Занесете кружку, когда вернетесь к завтраку.
— Миссис Чилтон, вы — ангел, — благодарно пробормотал Тобиас, забирая дары и устремляясь к выходу.
— Увидимся через пару часов.
— Да уж, не сомневаюсь.
Экономка проводила его до двери, подняла засов и, бросив через его плечо многозначительный взгляд на лестницу, ведущую на второй этаж, строго прищурилась."
"— Подобные истории больше не могут продолжаться, сэр, — тихо предупредила она. — Что ни говори, а в доме живет молодая незамужняя дама. Так никуда не годится.
— Я все понимаю, миссис Чилтон, — кивнул Тобиас, выходя на крыльцо.
— Прекрасный денек, верно?
— Ненадолго, — отрезала она. — Вот-вот начнется буря. Я костями чувствую.
И с этими словами она очень тихо, но совершенно недвусмысленно закрыла дверь перед его носом. Тобиас подул в чашку, откусил едва ли не половину пирожного и спустился вниз. Некое странное ощущение вроде озноба заставило его оглянуться на окна второго этажа дома номер семь. Оттуда на него смотрела Лавиния, закутанная в цветастый пеньюар.
