Запутанная игра

Часть меня готова к тому, что он разозлится из‐за того, что я его оттолкнула, но он просто улыбается и тянет за прядь моих волос, слегка наматывая ее на свои пальцы. В его глазах все еще горит огонь, а металлическое кольцо в брови поблескивает в тусклом свете уличных фонарей.

– Я знал, что в тебе есть что-то дикое, – бормочет он. – Мне нравится. Спокойной ночи, ангел. Отдохни немного.

Он садится обратно на мотоцикл, но не уезжает, наблюдая, как я на нетвердых ногах направляюсь к дому. И только когда я оказываюсь внутри, и дверь за мной закрывается, я слышу рев его мотоцикла.

Я сижу в спальне и хмуро смотрю на один из экранов, когда возвращается Рэнсом. Он уже отвез Уиллоу домой. Брат стучит в дверной косяк и просовывает голову в комнату.

– Как продвигаются поиски? – спрашивает он. – Есть успехи?

– Я работаю над этим, – отвечаю я, не отрывая взгляда от экрана. – Дам знать, как что-то найду.

– Как же нам повезло, что на нашей стороне ботаник, – шутит он с мягкостью в голосе.

Я закатываю глаза, чувствуя, как на губах появляется улыбка. Меня никогда не смущали поддразнивания Рэнсома. Просто так он проявляет свою привязанность.

– Короче, держи нас в курсе, – говорит он.

– Конечно. Я всегда так делаю.

Рэнсом удаляется, а я возвращаюсь к просмотру записей с камер наблюдения, пытаясь выследить неизвестного мужчину, который преследовал Уиллоу.

Я двигаюсь в обратном направлении от автобусной остановки, стараясь понять, откуда он появился до того, как она увидела его прячущимся в тени.

Если смогу получить достаточно хорошее изображение его лица, то пропущу его через систему распознавания лиц и выясню, кто он такой.

Скорее всего, это не имеет никакого отношения к Николаю, и этот мужчина просто какой-то заурядный извращенец, который захотел воспользоваться женщиной, что гуляла ночью одна.

Но мы не можем рисковать. Нам в любом случае нужно узнать, кто он такой.

Эта работа успокаивает – просматривать отснятый материал, искать любого, кто соответствует весьма расплывчатому описанию Уиллоу.

В этом есть определенное умиротворение, монотонный процесс, которому я следую. В него легко погрузиться, позволить одному логически вытекать из другого, как, собственно, и положено.

Как только мне удается получить четкий снимок лица мужчины, я прогоняю изображение через несколько программ, которые настроил для сканирования баз данных в поисках совпадений.