Зажечь небеса

Мой брат…»

– Я всё разрушил, – проговорил я. – Уничтожил свою дружбу, уничтожил любовь Отем. Если бы она узнала о том, что я натворил… – Я сглотнул слезы. – Сейчас у нее разбито сердце, и это наша с Коннором вина. Он бросил ее, а я ее выгнал. Мы оба виноваты. Мы – пара моральных уродов, и ничего уже не поправишь. Как Отем будет себя чувствовать, если узнает правду? Я не могу так с ней поступить.

Профессор Ондивьюж покачал головой.

– Любовь способна уврачевать и простить всё.

– Отем никогда меня не простит и не должна прощать.

– Я говорил не о ее прощении, а о твоем. Прости себя. Борись за себя, чтобы у любви, которую ты испытываешь к этой девушке, появился шанс.

Я хотел было протестовать, но профессор Ондивьюж накрыл мою ладонь своей.

– Я расскажу тебе одну историю, Уэстон. Закрой глаза и послушай, больше я сегодня ни о чем тебя не попрошу.

Я закрыл глаза, просто потому что не мог больше смотреть на его доброе лицо. Погляди я еще немного ему в глаза, вся накопившаяся в моей душе горечь непременно вырвалась бы наружу, и я обязательно разрыдался бы.

– Это история о единожды рожденном и дважды рожденном, – начал профессор. – Единожды рожденный человек идет по дороге своей жизни, и когда та заводит его в темный лес трудностей, боли, потерь или страха, человек останавливается и отказывается делать следующий шаг. Он пытается убежать той дорогой, по которой пришел в лес, но не может ее найти, она закрыта навсегда. Поэтому человек живет, уверенный в том, что мир суров и несправедлив. Другие показывают на колкие ветви и мрачные тени, говоря: «Да, жизнь действительно сурова и несправедлива.

Видишь?» И человек начинает жить в этом темном лесу невзгод, вместо того чтобы продолжать шагать вперед.

Низкий, мелодичный голос профессора сплетал слова, и они ложились мне на грудь, проникали в мои сердце и кости.

– Но, Уэстон, есть еще дважды рожденный человек, – продолжал профессор Ондивьюж, крепче сжимая мою руку. – Такой человек идет по темному лесу своей жизни и претерпевает страдания, порой невообразимые.

Обратный путь навеки закрыт для него, но дважды рожденный человек идет вперед. Дорога становится всё извилистее, невзгоды зачастую кажутся непомерными, непереносимыми, но человек идет всё вперед, до тех пор, пока в один прекрасный деть тени не рассеиваются.

Ветви перестают царапать его кожу и расступаются. Человек глядит на свои шрамы с гордостью, ведь он вышел из темного леса переродившимся. Он стал сильнее, испытания его закалили. Он становится мудрее.