Желчный Ангел

Но телефон зазвонил, и хозяева квартиры напомнили, что ждут уже пятнадцать минут.

Тхор, пытаясь развидеть убогое, насмерть замерзающее создание, вскочила и поспешила на встречу. Маня краем воспаленного глаза заметила взлетающие полы ее стриженной норки, змеиный узор черно-зеленых сапог на высочайшей шпильке и кровавым носом учуяла запах дорогих духов. За всем этим вставала сытая жизнь в тепле и еще чем-то стремном, что люди называли «богатством».

Отвлекшись на секунду, она вновь кинулась дожирать остатки корма, разбросанного по ледяной поверхности.

Вдруг Манин зуб лопнул, столкнувшись с чем-то жестким, а через горло внутрь проскочил какой-то странный предмет – то ли камушек, то ли кусок льда.

Маня облизнулась и, отдирая продрогшие подушечки лап от мерзлой земли, подумала: «Господи! Или сразу умереть или – в тепло!», чувствуя, что грядущая зима станет для нее последней…

Квартира оказалась комфортной, со свежим ремонтом и добротной мебелью. Хозяин – пианист международного уровня – ходил за Мирой подобострастно и, показывая каждый угол, лебезил:

– Знаете, прямо душу вкладывал в каждую комнату.

Очень прошу, чтобы все осталось как есть. Незапачканным, незатертым. Желательно гостей не водить, животных не держать…

– Дорогой мой! Ничего не обещаю. Буду жить как захочу. Если же что-то вам не понравится – возмещу убытки. За ценой не постою.

– Рояль вот, «Стейнберг», уникальный, по индивидуальному заказу из Германии привезли. Предметы на него не ставить, не дай бог чашки с горячим или спиртным прольются…

– Рояль зачехлим, – пообещала Мира.

– Венера вот, Милосская, ручная работа, – показал он на мраморную скульптуру возле рояля, столь правдивую, будто украденную из Лувра. – Хрупкая, чуть шатается на полу, нужно сказать уборщицам, чтобы были крайне осторожными.

– Не волнуйтесь, сбережем Венеру к вашему возвращению, – успокаивала Мира, внимательно всматриваясь в холеное лицо хозяина.

На уровне его лба горела заметная только Мире фраза: «Не вернется». Бог знает, что ждет его семью в этой Болгарии или на пути к ней.

Такие видения у Тхор появлялись постоянно. Одновременно с раскладами Таро или независимо от них. Мира вспомнила, как на лице Адама перед авантюрой с Тибетом светилась надпись: «Не уедет». Да и карты показывали тщетность поползновений ювелира на фоне грандиозного события – воссоединения с любимой.

– Ох, просто от сердца отрываю гнездышко свое! – отвлек ее от раздумий пианист. – Но чувствую, что лучше вас квартирантов не найду.