Жемчужина Лабуана

 – Вам мало, что вы рисковали жизнью, чтоб спасти меня, вы еще хотите и предоставить мне дом.

– И горсть алмазов на несколько миллионов, мой дорогой Тремал Найк.

– Но я не приму это.

– Тигру Малайзии ни в чем нельзя отказывать, Тремал Найк. Отказ бы его рассердил.

– Молчите, Тремал Найк. Миллион для нас ничто.

– Значит, вы так необычайно богаты?

– Пожалуй, не меньше индийских тугов.

Пока они беседовали, прохаживаясь по берегу, солнце медленно заходило, и на землю спускалась тьма. Янес взглянул на часы при последних лучах заката.

– Девять, – сказал он. – Нам пора возвращаться в форт.

Он бросил последний взгляд на морскую даль, пустынную и гладкую до самого горизонта, и двинулся по тропинке в лес. Грустный и задумчивый, склонив голову на грудь, Тремал Найк последовал за ним.

Несколько минут спустя, они оказались перед фортом. У входа стоял Сандокан, преспокойно куря свою трубку.

– Я ждал вас, – сказал он, шагнув им навстречу. – Все готово.

– Что готово? – спросил Тремал Найк.

– То, что должно вернуть разум Деве пагоды.

Он взял друзей за руки и ввел их в огромный сарай, который занимал почти половину форта и когда-то предназначался для его гарнизона. Войдя туда, Тремал Найк и Янес не смогли сдержать возгласа удивления. Всего за несколько часов это просторное помещение стараниями Сандокана, Каммамури и всех пиратов было превращено в страшную пещеру, напоминающую тот самый храм индийских тугов, где жестокий Суйод-хан совершил свою страшную месть.

Бесчисленные факелы распространяли вокруг голубоватый бледный, мертвенный свет.

Там и сям были поставлены огромные стволы деревьев, которые могли сойти за колонны, украшенные грубо вылепленными из глины чудищами, фигурками Вишну и других индийских богов. Посередине возвышалась большая статуя богини Кали, тоже глиняная и ужасная на вид. У нее было четыре руки, огромный высунутый изо рта язык, ее ноги стояли на поверженном трупе. Прямо перед этим жутким изваянием стояла чаша, в которой плавала рыбка.

– Где мы? – спросил Янес, с изумлением оглядывая чудищ и факелы.

– В пагоде индийских тугов, – сказал Сандокан.

– Кто сделал всех этих уродливых чудищ?

– И всего за несколько часов?

– Все возможно, когда очень необходимо.

– Кто эта безобразная фигура с четырьмя руками?

– Кали, богиня тугов, – сказал Тремал Найк, сразу узнавший ее.

– Как вам кажется, Тремал Найк, похожа эта импровизированная пагода на пагоду тугов?

– Да, Тигр Малайзии. В общем-то, да.