Жемчужина Лабуана

Он лег на землю и ловко пополз среди бамбука туда, где кончались заросли. Огромный носорог стоял на берегу пруда, наполовину погрузив свои ножищи в грязь и опустив голову. Его страшный рог был направлен в сторону людей. Это был один из самых крупных экземпляров, почти в четыре метра длиной и больше метра высотой. Его уродливая голова, короткая и треугольная, вросшая в массивное бесформенное туловище, казалась страшным тараном, на конце которого торчал длинный и острый рог.

– Ну и зверь! – воскликнул Янес, разглядывая его.

– По своей воле он не уйдет, – ответил осторожно подошедший бенгалец. – Они упрямы, эти животные.

– Мы можем стрелять в него прямо отсюда. Шесть пуль достаточно, чтобы свалить его.

– Гм! Сомневаюсь в этом.

– Мы с Сандоканом не одного уложили в лесах Борнео. Правда, те были не такие огромные.

– Когда он стоит, трудно поразить его насмерть.

– Складки, которые собираются на его броне, прилегают одна к другой и мешают пуле проникнуть внутрь.

– Пусть его убьют где-нибудь в другом месте. А мы попытаемся просто обойти этот пруд.

– Именно это я и хотел предложить. Постараемся по крайней мере добраться до развалин той пагоды. За ее колоннами и стенами мы будем в безопасности.

– Лишь бы он не заметил нас.

– Пока мы не выйдем из зарослей, он не двинется, – успокоил Тремал Найк.

Они вернулись к Сандокану, который совещался со своими малайцами, что предпринять, чтобы не подвергать опасности двух женщин.

Предложение Тремал Найка было сразу одобрено. На берегу, усеянном обломками и огромными каменными глыбами, носорогу негде было бы развернуться. Стрелять же по нему было бы удобнее. Убедившись, что чудище не переменило позицию, они углубились в заросли, стараясь обогнуть пруд, не производя шума. До развалин оставалось уже не более ста шагов, когда со стороны пруда послышалось громкое пыхтение и вслед за тем тяжелый галоп, от которого задрожала земля.

Янес схватил за руку Сураму с криком:

– Бежим! Он у нас за спиной!

Заслышав это восклицание, носорог, который устремился было по своей старой тропе, сделал резкий поворот и бросился вслед за ними. Казалось, поезд на всех парах врезался в заросли бамбука. Толстые стволы ломались, как соломинки, падая в сторону, как скошенная трава.

Обе женщины и с ними весь отряд обратились в бегство.