Разберись со своими страхами, которые преследуют тебя после смерти Анархиста, и объяви открыто, что Камаль - его наследник. Не губи. Не расти свою копию, Эмин.
Скрипя зубы, я пообещал:
- Хорошо. Так и сделаю.
- Сделай это до Нового года, - Дамир покачал головой.
- Не веришь мне?
- Смерти не верю. Боюсь, что без меня ты о нашем разговоре забудешь, Эмин. Верни ребенка матери до моей смерти, и тогда я умру спокойно.
- Ладно. А что с моей матерью? Ты должен знать. Ее звали Лена.
Дамир изменился в лице, желваки заходили на скулах.
Тема больная, согласен, но добить надо.
- Все эти годы я искал ее. Но не нашел даже тело.
- Я тоже, - признался Дамир.
Я прикрыл глаза. Надежда найти хотя бы тело той, что родила меня, разбилась вдребезги.
- Анархист застрелился, так и не сказав, что сделал с ней.
- Он унес эту тайну с собой, Эмин. Когда я окажусь на том свете, я спущусь за ним в ад, чтобы узнать у этого ублюдка, что он сделал с Леной."
"Я тяжело сглотнул. В жизни, оказывается, есть столько боли, что иногда она захлестывает тебя, потопляя каждую клетку твоего тела.
И в такие моменты я жажду ощутить Диану рядом. Чтобы она боль сняла и приласкала, как умеет. Просто рядом чтобы была.
Будто читая мысли, Дамир заговорил о моей жене.
- Диана очень злится на меня. Я сказал ей, что никогда не испытывал к ней чувств, которые могли помешать вашей любви. Я сказал, что использовал ее.
- А это было так? – вдруг спросил я, - ты не испытывал к ней чувств?
Дамир улыбнулся, и в углах его глаз собрались морщины.
Диану всегда умиляет, когда я улыбаюсь. Во-первых, это бывает редко, а во-вторых, она сразу берется разглаживать морщины на моем лице, которые начали усердно появляться после смерти отца.
- Я солгал ей. Даже в этом.
- Что? Ты полюбил мою жену? – я с трудом выдавил.
- С самыми благими намерениями, - пояснил он, - клянусь, что не знал, кто такая Туманова Диана Альбертовна. Сначала она мне понравилась, как девушка. Затем мне хотелось ее оберегать, но, когда Эльмана увидел… как рукой сняло.
Я проматерился сквозь зубы. Замечательно.
- Не ревнуй, Эмин. Я тебе не соперник… теперь. Уйду скоро. Но ведь я был груб с ней и хочу, чтобы ты рассказал ей о моих чувствах после моей смерти.
- Я подумаю.
- Обещай мне. Это важно. Не хочу, чтобы она злилась на меня.
- К черту тебя, Дамир. Обещаю.
- И еще кое-что, - опомнился он перед уходом.
Я не вытерпел:
- Не слишком много просьб для умирающего человека?
И тут же выдохнул.
