Яна молча поедала свой стейк из семги. В последнее время она привыкла изображать из себя немую. Но вот что удивительно – молчала и Гаяне, а ее обычно было не заткнуть. Впрочем, причина ее необычного поведения скоро раскрылась.
Через десять минут гость извинился и попросил разрешения ненадолго выйти.
– Мне необходимо сделать один важный звонок.
С этими словами Ашот Куралян покинул столовую.
Как только за ним закрылась дверь, Гаяне тут же обернулась к Давиду:
– Зачем ты его пригласил? Разве вы дружите?
Левая бровь главы дома взлетела.
– Разве я должен спрашивать у тебя разрешения, кого мне можно позвать на ужин?
– Нет, конечно нет… – покачала головой Гаяне. – Просто я удивилась, вот и все.
– Жаль, что ты так отреагировала, – цокнул языком Давид. – Я надеялся, что знакомство с Ашотом Кураляном доставит тебе удовольствие.
– Удовольствие? – Идеально выщипанные брови Гаяне сошлись на переносице. – С чего бы? И потом, мы знакомы.
– Когда успели? – удивился Давид.
– Это тебе по тусовкам некогда ходить, зато я в свете бываю регулярно.
Этот тип меня преследует! – со всей серьезностью заявила Гаяне. – На той неделе, когда я была на благотворительном балу, он целых два раза пытался пригласить меня на танец. Я сказала нет, а он все равно настаивал. Сталкер! А ты его еще домой позвал…
– Что за глупости? – развел руками Давид. – Ашот не тот человек, который будет кого-то преследовать. Разве для тебя не стало очевидным, что он попросту пытался за тобой ухаживать.
Что в этом плохого?
– А что хорошего? Я ясно дала понять, что мне неинтересно. Так он не понимает…
– Ты бы присмотрелась к нему получше, – продолжал настаивать Давид.
Тут-то Гаяне и вспыхнула как спичка:
– Давид, ты с ума сошел? Ты его видел вообще, к чему там присматриваться?
Яна аж икнула от ее резкого возгласа. Думала, Давид устроит сестрице разнос, но нет. Он лишь ответил спокойным тоном:
– Не смотри на внешность, Гаяне, смотри ему в душу.
Эта простая фраза Давида очень задела Яну.
Смотреть в душу… Жаль, в ее душу он заглянуть не пытался.
Однако ей было непонятно, отчего у Гаяне такая неприязнь к сегодняшнему гостю. По ее мнению, вполне нормальный мужчина. Конечно, Ашота Кураляна с таким красавцем, как Давид, не сравнить. Но если не концентрировать внимание на носе, он был вполне ничего – широкоплечий, с приятной улыбкой и удивительно белыми зубами.
– Ашот хороший человек, – начал Давид осторожно.
