Жестокий. В уплату долга

Что за дурацкий сон? И с чего вдруг я так возбуждена? Разве это был не кошмар? Ещё и укусила себя.

– Сам ты сука, – прошипела призраку Шамаева и встала, отыскивая взглядом полотенце. – Нет, ну надо же, свинство какое.

В реальности нет от них спасения, ещё и во снах являться решили. Точно, в «дурку» угожу скоро.

Вышла из ванной, вдохнула прохладного воздуха и окончательно пришла в себя. Разобрало меня что-то в горячей водичке. Наверное, зря вино пила на голодный желудок.

Отбросив влажное полотенце на кровать, я открыла шкаф, собираясь найти халат или какую-нибудь пижаму, но что-то привлекло моё внимание в глянцевой поверхности, и я сфокусировала взгляд на отражении мужчины, что сидел позади.

Вскрикнув, прикрылась руками и чуть не запрыгнула в шкаф. Запрыгнула бы, да помешали вещи.

– Что… Что ты здесь делаешь?! – взвизгнула слишком истерично, сдёргивая с вешалки первую попавшуюся вещицу. Ею оказалось длинное вечернее платье, и я наспех начала его напяливать. – Нельзя так входить в мою спальню! – кому я это говорю?

– В твою спальню? Здесь всё мне принадлежит.

Включая тебя, – Имран поднёс ко рту стакан с выпивкой, а я опустила руку на его татуированное запястье с загадочной птицей, объятой пламенем. Но вовсе не тату привлекла моё внимание. Рукав чёрной рубашки был закатан и немного отличался тон ткани… Почему его рубашка мокрая?

А когда жуткая догадка пронзила мой размякший разум, я судорожно схватила ртом воздух.

Это был не сон. И не Булат.

– Это был ты! Ты трогал меня в ванне! – выдох застрял где-то в грудной клетке, и щёки обожгло стыдом, стоило мне вспомнить, как я стонала в ответ на прикосновения этого гада ползучего.

– Всё хорошо, красивая, – успокоил меня мерзавец, будто прочитав мысли. – Тебе нечего стесняться.

– Да как ты смеешь ко мне прикасаться?! – воскликнула я, мысленно убивая этого озабоченного психа самыми страшными из всевозможных способов.

– Скажи мне ещё, что тебе не понравилось. Так ножки раздвигала… Если бы я захотел, уже драл бы тебя там. Ты, во всяком случае, была не против.

Ах ты, скотина! Я рванула к нему, но мгновенно остановилась, понимая, что навредить этому шкафу шансов практически нет. Только в очередной раз нарвусь на пощёчину.

– А мне в это время снился твой брат! Так что ты не имеешь никакого отношения к моему возбуждению!

Что… Что, оторвите мне язык, я только что выдала?! Злата, блядь! Да когда же ты научишься сначала думать, а потом говорить?

Басаев застыл в странной позе, недонесши до рта стакан.