Жестокий роман

Кто-то внутри отключает во мне весь свет. В момент. Резко и бесповоротно.

Я усаживаюсь в кресло у окна, смотрю на улицу. Как на экран в кинотеатре. Смотрю и ничего не вижу. Сквозь. Мимо.

Замира приходит, зовет меня ужинать, но я отказываюсь, просто прошу ее не включать в комнате лампы.

Я хочу остаться в темноте. В той самой темноте, которая становится частью меня, пожирает и порабощает.

Я хочу не думать. Вообще. Я хочу скрыться от самой себя. От преступной тяги к врагу. От непрошенных, совершенно незваных чувств.

Я должна убежать. И чем раньше, тем лучше. Пока есть, что спасать, пока во мне еще хоть что-то мое осталось."

"Дорога к свободе. Единственный достойный ориентир. Других нет и не будет. Надо действовать. Пробивать путь, прогрызать. Рваться на волю. Иначе сомнут, растопчут и разрушат под чистую.

Я найду способ. Было бы желание. Остальное приложится.

Звук открываемой двери. Звук шагов. Ближе и ближе. Практически рядом. Тяжелая поступь зверя.

Он не остался с ней? Ну, конечно. Ее же трахать нельзя.

Поворачиваюсь и обжигаюсь о горящий взгляд черных глаз.

Марат. Одно его имя заставляет содрогнуться, заледенеть и вспыхнуть, сгореть в пламени противоречивых эмоций.

Мужчина сбрасывает пиджак на пол, расстегивает рубашку и брюки, стягивает одежду, обнажает мощное мускулистое тело. Ни единого слова не произносит. Раздевается молча. Быстро и стремительно. За секунду.

Я отворачиваюсь к окну, сжимаю пальцами подлокотники. Я знаю, что последует дальше.

Марат распалился, завелся, возбудился до предела. С той. С другой. А теперь будет срывать все на мне, вымещать свое бешеное желание, утолять чудовищную похоть. Ведь с ней так развлекаться не дозволено.

А дальше? Я буду им обоим прислуживать. Ему и его жене. Рабыня же. Как иначе? Или он меня запрет где-нибудь. Например, там, где Олега держал. Посадит под замок, уже в самом прямом смысле, и будет трахать, когда заблагорассудится.

Хорошо, что слезы закончились. Внутри давно пусто.

Марат подходит ко мне и останавливается напротив. Его стальные мускулы напряжены, вены вздуты. Громадный жилистый член угрожающе покачивается перед моим лицом.

Сейчас тяжелая ладонь обрушится на макушку. Сейчас меня притянут к паху и силой принудят…

— Почему ты ничего не поела? — спрашивает Марат.

— Что? — пораженно выдыхаю.

Простейший вопрос сбивает с толку.