«Злой гений» Порт-Артура

Слишком дорогие они, чтобы отдавать служивым — первый класс отличался роскошной отделкой и удобствами, которые позволяли пассажирам скрасить все неудобство в течение 16 дней, которые требовались, чтобы пройти расстояние в девять тысяч верст от Дальнего до Москвы.

Весь этот парк был затребован Фоком еще в марте — его дивизия была буквально разбросана на огромном расстоянии — от Дальнего до Инкоу, а два батальона оказались даже в Гирине. И только две недели тому назад начались перевозки полков к Цзиньчжоу, благо в Инкоу стали перевозить части 1-го Сибирского корпуса генерал-лейтенанта Штакельберга.

На перешейке сейчас была стянута практически вся 2-я бригада генерала Надеина — по три батальона 15-го и 16-го полков, и два батальона 5-го полка, что временно вошел в ее состав. А вот полки 1-й бригады находились за перешейком, но уже в пределах Квантунской области. На станции Полундянь весь 13-й полк и батальон 5-го полка, и растянувшийся эшелонами от Вафангоу 14-й полк — из двух батальонов. Третий батальон этого полка находился уже в Дальнем, встав там гарнизоном.

С 1-й бригадой была сплошная беда — месяц назад ее начальником назначили спешно произведенного в генерал-майорский чин Андро-де-Бюи-Гинглята, но тот в Порт-Артур так и не прибыл до нынешнего дня, «пропав» по пути. И по слухам оный «бригадир» сослался на «болезни». Но в генеральской среде информация кругами расходится — брат «назначенца», являвшийся помощником начальника Гатчинского Дворцового управления «пробил» новоиспеченному генералу, по-родственному, так сказать, «непыльную» должность помощника интенданта Маньчжурской армии, и якобы скоро состоится назначение.

Александра Викторовича такое назначение более чем устраивало — он решил сам возглавить 1-ю бригаду, куда собирался отбыть послезавтра вечером, прихватив единственную в Квантуне пулеметную роту, что сейчас находилась в Цзиньчжоу, за его глинобитными стенами.

— Это мой единственный шанс хоть немного изменить ход войны и выиграть время, — Александр Викторович сейчас боялся, что кто-то из начальства, будь то командующий Маньчжурской армией Куропаткин, или наместник Алексеев, или генерал Стессель, порушат его замыслы.

Главное, чтобы никто из подчиненных не успел «осведомить» начальство, попросту донести на него.