Золото Югры

Рисунок капитанской карты точно отображал, что на чистый восток от норвегов есть два полуострова: Кольский, за которым прячется широкая губа, куда впадают несколько судоходных рек, и Ямал, за которым расположена Обская губа – самые ближние северные ворота в Сибирь. Обскую губу картограф изобразил точно, а вот реку Обь, что впадает в эту губу и служит добрым путем в китайские пределы, англицкий картограф не нарисовал! А с какой-то пьяни соединил реки Енисей и Обь. И текли по карте эти обе реки много восточнее обской губы.

На подделанной русской карте за полуостровом Ямал длинного узкого залива – губы – не имелось, а прорисован был только намек на залив, каких на береговой линии множество.

Мореходные карты тоже имеют тайны. И тайны те стоят многих земель и богатств.

Макар Старинов сидел в соседней комнате, в кресле у стены. Он сытно отужинал и сейчас через особую отдушину в стене слушал разговоры дядьки Осипа с англицким капитаном.

По выверенному Непеей ходу разговора капитан Ричардсон вот-вот должен был закручиниться о его, Макаровой, судьбе. А Непея должен был предложить капитану выкупить Макарку из русских подданных и забрать с собой в Англию.

Такое действо совместно сообразили царь Иван Васильевич и ближний его – Непея.

Но капитан вел разговоры о парусах, о храбрых англицких матросах. А про Макарку не вспоминал.

Женщина из непеевской обслуги тихо вошла в комнату и положила на стол рядом с Макаром перелицованный капитанский подарок – морской англицкий камзол.

Макар поднялся с кресла, надел обновленный подарок. Камзол сидел так, будто вместе с Макаром рос, без складочек, без лишних пухлостей.

Вместо положенного эполета на правое плечо бабы пришили верченый восьмеркой толстый позолоченный шнур. На новых сияющих пуговицах, вместо англицкого королевского вензеля «E I», Елизавета Первая, яростно смотрели в разные стороны две орлинные головы из московского герба.

Макар снова присел к отдушине, обживая обновленный мундир. Прислушался. Да, что-то забыл англицкий капитан про Макара Старинова. Хотя Осип прямодушно и несколько раз сообщал тому, что Макар Старинов, за отсутствием свободных потюремных мест в Кремле, сидит на цепи в его, Осипа Непеи, подвале.

Подвальные страдания Макара мухой пролетали мимо ушей англицкого капитана.