Зултурган — трава степная

Наконец Сяяхля стала примечать кое-что из запомнившегося с детства: мелкий овражек, с полегшей на его склонах от дождевого потока травой, овальная проплешина солончака… Конь перешел на рысь и вынес Сяяхлю на склон кургана. Она увидела вдали худук и рядом с ним несколько мужчин. В одном из них угадала двоюродного брата. Он сначала глядел в степь, а затем опустился на траву.

«Что же я делаю? — спросила себя девушка. — Сама собираюсь на вечный покой, а парню из-за меня маяться?.. В худук я могу броситься и ночью, а коня-то брату нужно вернуть!»

Она поскакала к хотону в объезд, но кто-то из мужчин заметил странного всадника.

Все стали шумно кричать вдогонку, подзывая девушку к худуку. Звал Сяяхлю и брат. Он сызмальства дружил с сестренкой, очень привязался к ней. По правде сказать, он больше переживал за Сяяхлю, чем за коня. За буланого можно было отработать, можно купить и вырастить жеребчика взамен. А Сяяхля из всей родни была самой умной и приветливой. Встречи с нею запоминались надолго, освежали душу. Убери из круга родичей эту звонкоголосую сестренку, жизнь сразу потускнела бы. Теперь вот, увидев Сяяхлю живой, еще не зная, что ей пришлось пережить за долгую дождливую ночь, парень громко выкрикивал ее имя и смеялся, смеялся как ребенок, от счастья.

Въезжая в хотон, Сяяхля дала себе слово ни с кем не разговаривать, не отвечать на расспросы, не выслушивать сочувствий. Ей хотелось поскорее добраться до постели, упасть лицом в подушку, забыться. «Пусть ругают, придумывают любые обидные упреки, допытываются… Буду молчать!.

. Да и что значат теперь чьи-то вздохи, если даже Нарма не понял меня?»

Первой к ней подошла тетя, младшая сестра матери.

— Деточка ты моя ненаглядная! — всхлипнула женщина, уткнувшись в плечо племянницы. Обняла Сяяхлю, принялась гладить плечи.

У матери Сяяхли была лишь одна сестра. Ее рано выдали замуж за Чотына Хечиева в Бергясов хотон. Чертами лица, разговором и даже походкой она очень напоминала старшую сестру. Сяяхля замечала в ней много материнского, радовалась любой встрече с тетей.

После смерти матери Сяяхлю нередко привозили в хотон Бергясов, однако слишком долго жить у тети не приходилось. Гостевания эти запомнились девочке как самые приятные сны детства.

Сейчас для Сяяхли, как никогда прежде, была желанна встреча с любимой тетей. Приехала близкая родственница не сама по себе.

Вечером, когда стало ясно, что Сяяхля исчезла из дома на выпрошенном у брата коне, отец и те из мужчин, что были ему поближе, сошлись на совет.