Анжелика. Путь в Версаль

Обвинение вновь коснулось сердечной раны государя, потому что он так и не смог найти виновных и не раз обсуждал это с де Вардом и даже спрашивал его совета. И пока король допрашивал капитана швейцарских гвардейцев, призывал мадам де Суассон, свою любовницу и соучастницу, пока Генриетта Английская, также замешанная в истории с испанским письмом, бросалась к его ногам, а де Гиш и младший Месье ругались наедине с шевалье де Лорреном, список преступников из таверны «Красная Маска» продолжал пополняться новыми именами. Лувиньи и Сен-Тьерри, заранее смирившиеся и приготовившиеся, узнали одним прекрасным утром, что Париж оповещен о точном количестве их любовниц и об интимных подробностях их любовных отношений.

За этим следовал обычный припев:

Им повезло: король был поглощен сведениями, открывшимися о де Варде, а потому Лувиньи и Сен-Тьерри было предложено только сложить с себя обязанности и удалиться в свои поместья.

Ветер возбуждения гулял по Парижу.

– Чей черед? Чья очередь? – орали по утрам продавцы этих песен.

Листочки рвали у них из рук. По улицам и из окон домов называлось «сегодняшнее имя».

У людей высшего общества вошло в привычку обращаться друг к другу с вопросом, произносимым с таинственными интонациями:

– Кто смел убить дитя, что вафли продавал?

После чего следовал взрыв хохота.

Потом пронесся некий слушок, и всякие шуточки прекратились. В Лувре воцарились паника и замешательство. Смолкли насмешки тех, кто, уверенный в своей невиновности, весело наблюдал за чередой разоблачений.

Сама королева-мать не раз ездила в Пале-Рояль, чтобы морально поддержать своего второго сына. Вокруг дворца, в котором проживал младший Месье, слонялись молчаливые недоброжелательные группы зевак. Еще никто этого не произнес, никто не утверждал, но уже распространился слух, что брат короля тоже участвовал в оргии в «Красной Маске» и что это ОН убил маленького торговца вафлями.

О первой реакции двора Анжелика узнала от Дегре.

Уже на следующее утро после событий, пока Бриенн, препровожденный в Бастилию, еще только устраивался там, в маленький домик на улице Фран-Буржуа, где укрылась Анжелика, постучал полицейский.

С непроницаемым видом она слушала рассказ о реакции короля и о принятых им решениях.

– Он полагает, что пожертвует одним Бриенном, – пробормотала она сквозь зубы. – Но берегитесь! Это только начало. Первыми назовут менее виновных. А потом будут забирать все выше, пока не разразится скандал, и тогда капли крови Лино запятнают ступени трона.