Анжелика. Путь в Версаль

Она до боли стиснула мертвенно-бледные холодные руки.

– Я только что проводила его на кладбище Святых Мучеников. Все кумушки с Центрального рынка оставили свои лавки и следовали за гробом несчастного малыша, которого судьба только и одарила что миловидностью и привлекательностью. И надо же было случиться, чтобы порочные принцы отняли единственное его достояние – жизнь! Но на похоронах его провожала самая прекрасная процессия.

– А сейчас дамы с рынка сопровождают господина де Бриенна.

– Пусть бы они его повесили, пусть бы подожгли его карету, пусть сожгли бы Пале-Рояль! Пусть бы сожгли все дворцы в округе – Сен-Жермен и Версаль…

– Ну, вы настоящая поджигательница! А где вы будете танцевать, когда вновь превратитесь в знатную даму?

Она посмотрела на него в упор и покачала головой:

– Никогда, никогда уже я не стану знатной дамой.

– Вот они! – сказал Дегре, вытаскивая пергаментные свитки. – Секретное расследование, результат которого известен только мне одному: в таверну «Красная Маска» в тот октябрьский вечер вошли: принц Орлеанский, шевалье де Лоррен, герцог де Лозен…

– О! Прошу вас, без титулов! – вздохнула Анжелика.

– Это сильнее меня, – со смехом возразил Дегре. – Вам ведь известно, что я уважаемый государственный чиновник. Итак, мы сказали: вошли господа де Бриенн, де Вард, дю Плесси-Бельер, де Лувиньи, де Сен-Тьерри, де Фронтенак, де Кавуа, де Гиш, де Лавальер, д’Олон, де Торм.

– Лавальер? Брат фаворитки?

– Просто великолепно! – прошептала она. Ее глаза сияли в надежде на возмездие. – Но… Постойте, здесь четырнадцать, а я их насчитала тринадцать.

– Вначале их было четырнадцать, ибо с ними находился еще и господин де Торм. Этот старичок любит участвовать в молодежных гулянках. Однако, когда он понял намерения Месье по отношению к мальчонке, он удалился со словами: «Добрый вечер, господа, я не хочу следовать за вами по кривой дорожке. Мне нравится моя прямая дорожка, и пойду-ка я баиньки под бочок к маркизе де Ракно».

– Прекрасная история для объяснения подлости!

Дегре с минуту разглядывал искаженное гневом лицо Анжелики, потом улыбнулся:

– Как красит вас злость! Когда я с вами познакомился, вы выглядели скорее трогательно, как возможная жертва травли.

– А вы, когда я с вами познакомилась, выглядели приветливым, веселым, открытым. Теперь я иногда готова вас ненавидеть.