И появляются однажды молодые, улыбчивые люди, долго извиняются за беспокойство и, в конце концов, говорят... Петр Иванович, ну что ты, бедолага, маешься? Хочешь жить по-человечески? Без забот и хлопот? Хочешь? Живи. Каждую неделю будешь получать коробку с продуктами, с хорошими продуктами. Штаны прохудились — вот тебе штаны. Шапка протерлась и облезла — бери новую шапку. И пусть твои последние годы будут светлы и веселы. А ты сделай самую малость — завещай нам свою квартиру. И долгих тебе лет жизни. Так примерно говорили очаровательные молодые люди.
— А коробки с продуктами? — спросил Пафнутьев.
— Приносили. Все честь по чести. Первый месяц, второй... Полгода... Цветет Петр Иванович, щечки румянцем налились, голосом окреп, сделался бодрым, уверенным. К нему уж и другие старички потянулись, дескать, и нам бы так устроиться в жизни.
— А вы, Сергей Степанович, не хотели коробки получать?
— Не хотел. Не хотел и все. Знаю давно и накрепко — бесплатным сыр бывает только в мышеловках. Признаюсь, была мысль, были колебания, да и Петр Иванович доставал меня уговорами... А вот что-то в душе стало комом и ни в какую.
— Что чудное? — негромко спросил Пафнутьев.
— Все они начали умирать...
Пафнутьев замер от напряжения — он совсем недавно слышал эти же слова, произнесенные с таким же выражением.
Аркаша во время их дружеского застолья произнес эти же слова — все они почему-то умирали. Но тогда речь шла о врагах Бевзлина Анатолия Матвеевича.
— Вы говорите, что все они почему-то умирали... А как они умирали? — спросил Пафнутьев.
