Ближний Круг

Я верну её полностью. Когда вам удобно?

— То есть… — пробормотал обалдевший Федот. — Как — полностью?.. Вообще, всё?

— До копейки, — кивнул я.

— Но откуда… — забормотал Федот. — Вы никак не могли! Вам просто неоткуда было… Я же — всё!.. Я же… А вы… А Нина Романовна?! — вскинулся вдруг он. — Это, что же — она теперь выйдет за своего Корфа?!

Эге. Да ты, слизняк, оказывается, на Нину глаз положил.

— Вы, кажется, позволили себе неуважительно отозваться о моей тётушке? — ледяным тоном процедил я.

Приподнял руку. Вокруг кисти вспыхнуло магическое свечение.

Федот вскочил и отпрянул так поспешно, что едва не опрокинул кресло. Залепетал:

— Помилуйте, ваше сиятельство! Ни в коем разе… И в мыслях не было…

— Деньги привезу завтра, — бросил я. — Всего доброго, уважаемая Клавдия Тимофеевна.

— Всего доброго, Константин Александрович. — Клавдия смотрела на меня с осуждением. А жемчужина на шее укоризненно кольнула грудь. — Ваш платок, возьмите. Позабыла отдать, — Клавдия протянула мне платок. — Благодарю.

Закрывая дверь, я заметил, что Федот смотрит на платок в моей руке. И глаза у него лезут на лоб.

Машиной, которая прибыла следующим утром, чтобы отвезти деда «на службу», управлял шофер — немолодой дядька в фуражке и белых перчатках. Он предупредительно распахнул перед нами задние двери. Мы с дедом уселись рядом, на широкий кожаный диван.

— По дороге нужно будет заехать на угол Литейного и Пантелеймоновской, — сказал дед. — Особняк Комарова. Знаешь?

— Как не знать, ваше сиятельство, — степенно кивнул шофер.

 — Будет сделано.

Дед щёлкнул пальцами. Нас отделила от шофера искрящаяся дымка.

— Теперь он нас не услышит, — сказал дед. — Ты собирался о чём-то меня спросить, верно?

— Да, — кивнул я. Ещё во время завтрака сказал, что хочу кое-что обсудить. — Ты упоминал какие-то замороженные активы. Что это?

— О… — Дед вздохнул. — Видишь ли. Издревле повелось так, что каждый из аристократических родов владеет некой… скажем так, отраслью. Земледелие, образование, промышленность, военное дело и прочее.

Каждый род в чем-то силён. Отрасль Барятинских — медицина. Человеческое здоровье. Мы — белые маги. До смерти твоего отца были самыми могущественными. Твой отец, как я уже говорил, входил в ближний дворянский круг. Это означало, что в обязанность нашего рода входила опека всех медицинских учреждений Империи. Городские и сельские больницы, образовательные заведения, ветеринарные пункты, закупка и производство медикаментов — мы контролировали всё.