Ближний Круг

Я представил себе масштаб. Пробормотал:

— Полагаю, ты даже не представляешь, насколько.

— Ты сказал — «до смерти отца», — напомнил я. — А что случилось после того, как он умер?

— После смерти Александра мы потеряли место в ближнем кругу. Всё, что я перечислил, формально по-прежнему принадлежит нам. По факту же, мы сейчас ни на что не влияем и не получаем ни копейки от принадлежащих нам предприятий. Наши активы заморожены. Согласно традиции, если во время грядущей церемонии мы не сумеем вернуть себе былое могущество, активы поступят в распоряжение Государя.

А уж он передаст управление отраслью более достойному роду… Подумать только! Медицину. То, чем род Барятинских управлял по праву на протяжении веков! — В этих словах деда прозвучала такая горечь, что мне стало его жаль. — Если бы я был уверен, что Государь передаст управление белым магам, у меня не так болело бы сердце, — продолжил он. — Но, к сожалению, такой уверенности нет. Чёрные маги все более набирают силу. Обретают всё большее влияние на Государя… Я не вхожу в ближний круг, как твой отец. Я уже не молод. Но это не означает, что оглох и ослеп! Я вижу, что происходит в структурах власти. И куда катится то, что строилось веками… Победы чёрных нельзя допустить, Костя. — Дед снял очки, повернулся ко мне. — Никак нельзя.

— Иначе ваш мир превратится в клоаку. Подобную той, в которой жил я, — кивнул я. — Помню-помню.

Дед смущённо отвёл глаза.

— Извини мою резкость. Я тогда погорячился… Не хотел задеть твои чувства. И спасибо за то, что взял на себя переговоры с Комаровым.

— Не стоит благодарности. Твоя ошибка в том, что пытался говорить с ним, как с нормальным человеком.

— А что с ним не так? — удивился дед.

— Всё — так. Просто такие, как Комаров, понимают единственный язык. Язык силы. А уж им я, при всем уважении, владею лучше тебя.

— Не забывай, что тебе необходимо контролировать магию!

— Помню об этом каждую секунду, — кивнул я.

Когда машина остановилась возле особняка Комарова, привратник бросился открывать ворота раньше, чем я успел выйти.

Приветственная речь, усыпанная «ваш-сиятельствами», сопровождалась так же многочисленными поклонами. Проходя мимо будки, я отметил, что количество охранников увеличилось до двух, и старого моего знакомого среди них нет. Федот сделал из недавнего происшествия правильные выводы.

Двери особняка предупредительно распахнул швейцар. Меня встретил мужчина с прилизанными волосами, представился секретарём Федота Ефимовича и пригласил следовать за собой.