– Нужно было ей ещё перевязочный пакет отдать, – сказал Бригадир. – А то еле идёт."
"– С нас хватит, – оборвал мысли бойца сержант, – мы, что, гуманитарная миссия? ОБСЕ? У нас у самих забот – полон рот. Меня завтра в бою ранят, чем перевязывать своего командира будешь?
– Нательным бельём, – уверенно ответил боец.
– Ну-ну, – посмотрел ему в глаза Серёга и спустился в блиндаж.
ГЛАВА СЕМНАДЦАТАЯ
Встав на цыпочках на два ящика с патронами, Титов аккуратно рисовал новые граффити в подъезде расположения второго взвода.
Делал это украдкой, глядя по сторонам, зажав в кулаке ржавый гвоздь. Рука медленно и тяжело выводила очередную и, по мнению сержанта, очень важную надпись – skinhead white power. Скачков наблюдал за актом вандализма снисходительно. Ему самому иногда не хватало шалостей подобного рода. То, чем часто занимаются подростки, проводящие всё своё время больше на улице, нежели дома. Улица воспитывает всех по-разному и развивает именно те качества, коими наполнен человек от рождения. Титов делал это не для шалости, а от злости.
Поганил стену молча, сосредоточенно, смачивая языком сухие потрескавшиеся губы. Сержант ехидно улыбался, потому как знал, что в мирной жизни эта надпись никогда не появилась бы здесь, в Грозном. Такое априори немыслимо. Смысловая нагрузка этого анонимного послания – оскорбление целого народа, и потому сержант это делал с особенным удовольствием и цинизмом.
– Завязывай, Титов, замполит увидит – скандал будет. Возможно, даже международный! – прошипел змеёй Саня.
– Скандал и так в самом разгаре, так что мне плевать, дальше фронта-то не пошлют, – продолжил выводить буквы на стене Сергей.
– А чего у нас не стал эти гадости писать? Макеева испугался?
– Ясен пень. Он ведь сразу поймёт, чьих рук дело.
– Я думаю, пару раз всыпать тебе не помешает, – пытался застыдить друга Скачков.
– Не на того напали, – хихикнул сержант, спрыгивая с ящиков.
Отряхиваясь от налёта извёстки, Титов гордо смотрел на своё познание английского языка, разбавленного российским незаурядным матом.
– Пошли, – сказал Саня, направляясь к выходу. – Ротный всеобщее построение объявил. Говорят, что замполит полка приедет. Речь будет толкать. Может, что-нибудь о нас, о дембелях?
– Если меня уволят, – вздохнул устало Серёга, – то война кончится этим же днём, веришь, нет?
– Ты неиссякаемый источник бесполезной информации, Титя, – шутя посмотрел на сержанта механик. – Иногда такую чушь несёшь, что мне за тебя страшно становится.
