Бомба для империи

И тогда Ленчик ответил бы:

– Такое, наверное, может быть.

Что являлось бы в этой фразе лишним? Слово «наверное», которое все же предполагало бы некоторую нерешительность суждения, притом что Ленчик уже вряд ли сомневался бы, что Лука сделает именно так, как говорит Долгоруков.

Теперь же он ответил: «Более чем возможно». Это означало, что Ленчик мало того, что согласен с доводами Севы, но он имеет на все это и собственное мнение, даже более решительное, нежели у него. А следовательно, он уже дорос до уровня «Червонных валетов».

Долгоруков оценил фразу Ленчика. Ведь, помимо того, Ленчик набрался у бывших «червонных валетов» мастерства и изящества в проведении махинаций и афер, он стал более-менее грамотно разговаривать и вообще стал более интеллигентен, что ли… Изменение поведения и характера выражалось не в наличии у него пяти костюмов наивысшего качества, трости с перламутровым набалдашником и едва не десятком отличнейших шляп «Хомбург», но чем-то иным, для выражения чего не имелось подходящих слов.

Молчание нарушил Сева.

– Лука – убийца, – жестко произнес он. – Ему ничего не стоит завалить человека, ежели он будет стоять у него на пути…

– Знаю, глаз у него дурной, – ответил Ленчик, приготовившись к основной части разговора, который завел Долгоруков. Ведь все это покуда была лишь прелюдия…

– Я был должен тебе это сказать, поскольку намерен поручить тебе роль в финале, – посмотрел на Ленчика Всеволод Аркадьевич.

– Слушаю тебя, – сказал Ленчик. И, как любит выражаться в своих «злободневных» романах плодовитый писатель Боборыкин, «весь обратился во внимание»…

– …Все, как ты мне и говорил, – продолжал рассказывать о своих похождениях Ленчик, с восхищением поглядывая на Севу. План Всеволода Аркадьевича исполнился в точности и как бы сам собой. Вот что значит продумать все до мелочей.

– Ты продолжай, продолжай, – поторопил его Давыдовский. – А то так к вечеру отсюда не выберемся.

– Так поехали домой, – предложил Огонь-Догановский, – что стоим-то тут на виду?

Сева велел трогать, и коляска вывернула на Петропавловскую улицу. Затем, проехав вниз с Воскресенского холма до пересечения с улицей Малой Проломной и свернув в нее, коляска быстро покатила в направлении Рыбнорядской площади.