Брак любви не помеха!

Как же надоело лечить больные зубы и избавлять коров от мастита! Я! Буду! Городской! Ведьмой!

   – Хелена, Шабаш принял решение. - С улыбкой вурдалака проворковала Верховная. Мėня тут же бросило в пот, ноги задрожали. - Ты можешь подать запрос на обряд.

   Вот тут на моем месте любая завизжала бы от радости, но я слишком хорошо знала сварливый характер нашей главной ведьмы. Не зря же она меня пять лет в глухой деревне мариновала!

   – Выполнишь условие, и мы с сестрами проведем ритуал, - триумфально, со злорадной искрой в глазах добавила она.

   – Обычное условие. Обзаведись мужем и город твой.

   Я собрала мысли в кучу (судя по насмешкам остальных ведьм, и глаза тоже) и выпалила:

   – Уверена? – Оскалилась Верховная.

   – Могу сейчас же сочетаться браком. Успею до рассвета, - уверенно заявила я, припомнив худосочного дьяка, который при виде меня разве что не плевался. Этот как узнает, что свадьба изгонит меня с его села так, что и духу не останется, собственноручно жертву …тьфу, жениха приведет.

   – Сегодня не надо. На следующий шабаш жду тебя с супружником. Приведешь, Силу приумножишь и в город переедешь, а нет…

   Что будет, если «а нет», знали все: Верховная не терпела ошибок. Везло, если потерявшая Силу ведьма ноги уносила с Лысой горы живой и частично здоровой. Чаще не уносила. Где-то тут её и прикапывали.

   – Приведу, - уверенно кивнула я и даже потерла руки.

   На носу праздник летнего солнцестояния, значит, мужиков в таверне будет много, – любого выбирай.

А там с годик на любовном эликсире муженек посидит, оформим развод, и отпущу горемыку на все четыре стороны!

   – Решено. Двадцать восемь дней тебе даю, - милостиво разрешила Верховная.

   Мне стало совсем хорошо. За такую прорву времени я не только замуж выйду, но ещё и симпатичного выберу. Чтобы не скучно было тот год коротать.

   – Приведешь мужа прямо сюда.

   Я перевела взгляд на неприметный кусок земли, на который указывал скрюченный палец, и кивнула ещё раз.

   – Правила те же, – продолжила Верховная, но я уже плохо ее слушала.

Мысли витали в облаках. Селянина брать нельзя – свои же бабы избу спалят, а вот проезжего купца – это вариант беспроигрышный. Его никто не хватится, а если и заметят пропажу, то только к развoду, не раньше.

   – Слышала меня, малахольная? - резкий окрик вернул к действительности.

   – Да, - уверенно соврала я и воззрилась на три оттопыренных пальца, с угрозой демонстрируемые мне Верховной.