Я прокатилась по скользкому полу и со всей силы вбила острую кость в раненую лапу дракона.
Хёгг взревел. Гунхильд завыла. А я схватила Трин и толкнула к выходу. Бежать!
Но тут свет в одном из «окон» заслонила крылатая тень. И в проем всунулась еще одна драконья голова. Исцарапанная и покрытая кровью, но при виде ее я завизжала от радости! Ледышка осмотрелся и упал вниз. Он приземлился и зарычал, скребя когтями ледяной пол. Правое крыло и бок у него были обожжены до багрового мяса. Я даже не представляла, как он смог лететь.
Увидев меня. Ледышка вцепился клыками в шею Вармара и вырвал кусок мяса. Чудовище взревело и ударило хвостом каменную стену, вниз посыпались осколки. Трин потащила меня прочь, пригибаясь и закрывая голову. Два хёгга крушили Логово. Обезумевшие звери разбивали стены, и жилище сотрясалось, угрожая похоронить всех нас под обломками. Я куда-то бежала, потеряв руку Трин и ориентиры. Рядом со мной взорвался огромный сталактит, разлетаясь миллиардом хрустальных осколков. Некоторые впились в меня… Драконий хвост ударил в стену, и кончик зацепил меня, отшвырнул.
Я покатилась по ледяному полу, с трудом встала на колени. Огляделась. Логово разрушалось. Рядом рухнул кусок гранита, лишь чудом не расплющив меня. В бушующем хаосе я увидела Ледышку. Его правая сторона выглядела свежим фаршем, а перепонки крыла зияли дырами. И на морде багровела содранная чешуя… Он был изранен, но продолжал сражаться.
Трин стояла возле дыры наружу. И отчаянно озиралась.
— Энни! Энни, где ты?
— Беги, — прошептала я, не в силах кричать.
Беги, вёльда!
По стенам Логова змеились трещины. И я вдруг с ужасом поняла, что сейчас все обвалится. Толща льда над нашими головами скрипела и трещала. Колонны лопались и разлетались, когда на них налетали драконы.
Я испуганно оглянулась.
Трин все еще была у выхода. И вдруг увидела меня.
— Сзади! — заорала она, перекрикивая грохот.
Я уклонилась, даже не поняв. Рагнвальд был хорошим учителем и научил правильно двигаться, сохраняя равновесие. Я поскользнулась, но каким-то чудом осталась стоять.
Вывернулась и со всей силы оттолкнула Гунхильд, которая пыталась вонзить нож мне в спину. Она вскрикнула и рухнула на алтарь с драконьим яйцом. Ледяная пика пробила ее тело насквозь, и кровь потоком хлынула вниз. Гунхильд забилась, словно пронзенная копьем старая птица, и затихла. А Вармар заревел с таким отчаянием и тоской, что я упала на пол, закрывая голову. Это было невыносимо и ужасно. Я слышала боль в его реве.
