— Зачем ты так прекрасна, Таня? — почти рычит он, поспешно расстегивая пуговицы на моей блузке, — Я работать не могу, вижу тебя и все — кроет.
— Ну, Марк, ну не надо, прошу тебя, — пытаюсь вяло отбиться я от него.
— У меня в штанах все колом, Тань, мне как в таком виде по офису ходить, м-м? Это все из-за тебя. Исправляй!
И тут же приспускает на себе брюки и боксеры, обнажая свой член. И я от всей этой пошлости, вопреки всем своим установкам, завожусь с пол-оборота. Всего секунда и змеи похоти уже ворочаются внизу живота, жалят нежную плоть, заставляя меня хотеть запретных удовольствий и забыть слово «нет».
— Но, дверь…
— Никто не посмеет зайди в мой кабинет.
И мы окончательно слетаем с катушек.
Трусики в сторону, защита впопыхах, а затем обоюдный тихий стон разрезает тишину кабинета, так как Марк начинает медленно водить по мокрым складочкам раскаленной головкой, дразня меня и заставляя нетерпеливо кусать губы.
— Хочешь меня?
— Хочу, — произношу одними губами.
— Бесстыдница! Совратила начальника прямо на рабочем месте.
— М-м, — и я прикрываю глаза, потому что он начинает медленно толкаться в мою киску.
Так сладко. Так запредельно прекрасно.
— Ходишь туда-сюда, крутишь своей красивой попкой, хлопаешь невинными глазками, — и приговаривая это, сдергивает чашечки бюстгальтера вниз, оголяя возбужденные соски.
— Я не…
— Придется наказать тебя, Таня.
И сразу же после этих слов Марк жестко вошел в меня на всю длину, запечатывая мой рот поцелуем, чтобы я не орала от кайфа.
Одна его рука на моем горле — крепко фиксирует. Вторая на бедре — чуть приподнимая и сдавливая.
И я чувствую себя настоящей женщиной, которую уверенно и качественно берет мужчина. Так, как он хочет. Так, как я в тайне этого хочу.
И во мне столько всего. Меня распирает от этих эмоций. Любовь, страсть, счастье и все это под соусом из убойной дозы адреналина. Как не сойти с ума и остаться в себе?
Никак.
И я позволяю ему все. Он трахает меня посреди белого дня на рабочем столе, пока мы оба не вылетаем в астрал, а потом, словно загнанные животные, тяжело дышим, не в силах переварить свою эйфорию.
— Я видел, как он смотрит на тебя. Он мечтает засадить тебе, Таня. Я сломаю ему челюсть, если этот петух гамбургский к тебе подвалит хоть еще один раз.
— О ком ты говоришь? — совершенно пьяная от оргазма, я не понимаю ни слова из того, что он говорит.
— О качке твоем! — рычит Марк, нежно покусывая мои губы, пока его руки медленно приводят меня в порядок.
