– Ну, за мою будущую карьеру в Голливуде, – усмехнулся я, и мы сдвинули бокалы.
– Или хотя бы в «ю-тьюбе», – подыграла она. И вдруг спросила:
– Вы ведь были женаты?
– Отвечу с прямотой римлянина: был.
– А почему развелись?
– Лучше спроси: почему женился.
– И почему?
– Потому что был молодой, глупый и совершенно не разбирался в людях.
– А что было не так с вашей женой?
– Очень грязная была.
– Это как? Слишком часто мылась?
– Нет, в другом смысле, в ментальном. Какая-то постоянная любовь ко лжи.
Лгала, как дышала. Спросишь ее: ты где была? Отвечает: мы с Дашкой ходили по магазинам.
Алена слушала сочувственно. Я сделал знак, и нам повторили напитки."
"– А потом выясняется, – продолжил я, – что была она не с Дашкой, а с Настей и Вовкой, и не ходили они по магазинам, а сидели в кабаке. Я не против, но зачем врать? А потом Дашка плюс Вовка превратились в Вовку соло, и вообще начался позор: «Где ты была ночью?» – «Ночевала у Дашки». – «А почему не позвонила?» – «Мобильник сел».
– «А стационарный телефон на что?» – «А его за неуплату отключили»… И чуть не каждый день в таком духе. А потом начался развод, и это был ужас, потому что она стремилась разделить буквально все совместно нажитое имущество, включая каждую вилку. Слава богу, барахлом тогда мы не успели особо обзавестись, да и я соглашался отдать ей все, лишь бы вырваться.
Я прервался, когда заметил, что Алена смотрит на меня соболезнующе. Возможно, в ее прошлом тоже был опыт тяжелого расставания.
А может, она просто жалела меня. А вот этого я никак не любил.
– Ну, – свернул я свою исповедь, – теперь ты знаешь обо мне все, значит, можешь использовать свои знания в личных целях.
– Никогда не стану, – прошептала она.
– Буду премного благодарен. Могу узнать почему?
– Вы говорили, что когда женились, в людях совершенно не разбирались. А сейчас?
– Во всяком случае, лучше.
– Но так до сих пор и не заметили, как я к вам отношусь.
– И как же?
– Вы мне нравитесь.
– Спасибо за откровенность.
Я допил бурбон и накрыл ладонью ее руку. И предложил:
– Поедем ко мне.
– Лучше ко мне, – глядя прямо на меня, сказала она. – Тем более я живу здесь неподалеку. Прогуляемся.
Мы шли тихими кварталами и дворами где-то на задах проспекта Мира. Было самое восхитительное для Москвы время года. Тихий, не жаркий, но и не холодный вечер. В воздухе разливался аромат не только бензиновых выхлопов, но и запах цветущих черемухи и сирени.
