Дети белой богини

Пистолет в его руке дрогнул. Словно почув­ствовав это, Герман отбросил плакат, кинулся впе­ред и сжал его, словно железными тисками. Вы­бежавшие из машины мужчины, стали помогать Горанину. Завьялов не сопротивлялся и боли не чувствовал. Словно омертвело все - и тело, и душа. Когда на его руках защелкнулись наручни­ки, Горанин устало сказал:

- В машину его. Сейчас «скорая» подъедет. Я думаю, надо сразу в больницу. Он не в себе. Толь­ко что убил женщину.

Ему вдруг показалось, что Герман заплакал. Молча, зло. Только широкие плечи еле заметно вздрагивали.

Внезапно распахнулась калитка, выскочила растрепанная Вероника в накинутой на плечи ко­роткой дубленке, закричала:

- Саша! Герман, что это?! Герман! И побежала к «уазику».

Герман перехватил ее, рванул на себя:

- Ника, Ника... Ты жива! Неужели бывает, а? Неужели?

Завьялов не хотел на это смотреть. Счастли­вый конец. Но для кого-то это конец несчастный.

Когда подъехала «скорая», он уже понял, что слу­чилось. Не понимал только - как. Как он мог все­го этого не знать!

- Неужели бывает? А? Неужели бывает? - как заведенный повторял Герман, прижимая к себе Веронику.

День седьмой

Очнувшись, Завьялов не понял, где он. Было странное ощущение, будто тело выпотрошили, вынули из него внутренности и оставили одну только оболочку. Но воздушный шарик, которым он стал, почему-то не мог улететь. Веревочку дер­жали крепко.

- Как чувствуем себя? - грустно спросил на­ходившийся в палате незнакомый мужчина в бе­лом халате.

- Нор... мально, - нехотя просвистела пустая оболочка.

- В голове прояснилось?

Голова? Он потрогал шрам, невольно помор­щился:

- Я спал?

- Да. Теперь по-настоящему.

- А раньше?

- Это был не сон. То есть не всегда сон. Вы бесконтрольно принимали лекарства, то бросали курить, то вновь начинали, принимали алкоголь.

С одной стороны, успокоительные препараты, а с другой - возбуждающие. Ваше сознание отключа­лось и вроде бы спало. Но подсознание подталки­вало совершать то, о чем вы грезили в реальности.

- Врач-психиатр.

- Значит, я в больнице?

- Да. В психиатрической лечебнице. Ваш слу­чай исключительный. Такое явление мало изуче­но, процессы, происходящие в вашем мозгу, нео­бычны...

- Я что, разгуливал во сне? - нетерпеливо пе­ребил Завьялов.

- Случалось.

- Но я ничего не помню!

- Это последствие тяжелого ранения головы. Которое трудно было предугадать.

- Значит, все эти рисунки...