Дети белой богини

Она уже успела одеться и была теперь в алом свитерке, модных расклешенных джинсах и остроносых полусапожках на высокой шпильке. Фи­гурка у девушки была стройная, весьма привле­кательная, а вот лицо, с которого от жарких лю­бовных ласк успела сойти косметика, бледное, не­выразительное. Щеки впалые, подбородок ско­шен, а носик вздернут слишком уж высоко. Алый цвет свитера только подчеркивал бледность. Слов­но мертвец стоял на пороге.

- Значит, ты мне врешь! - зло сказала она. -Все время врешь!

- Ника, ты зачем спустилась? - растерянно спросил Герман.

- А меня все равно уже видели! Мне нужны сигареты!

- Я не люблю, когда девушки курят.

- А мне на это плевать!

- Вот твои сигареты. - Герман потянулся к пачке, лежащей на холодильнике. - Только не надо так кричать.

- Значит, ты всем рассказываешь, что я толь­ко твоя любовница, и что ты никогда на мне не женишься. Очень хорошо! - Вероника, глубоко затянулась.

- Ты знаешь, что это не так!

- А как?! Как?! Да я из-за тебя с родителями поссорилась, а ты.

- Я, пожалуй, пойду, - поднялся из-за стола незваный гость. - Вы уж меня извините.

- Вот, я понимаю, мужчина! - высоким на­пряженным голосом сказала девушка. - Никому не даст в обиду свою жену! Даже тебе! А ведь я знаю, что она...

- Замолчи! - заорал вдруг Герман. - Хватит устраивать истерики! Зява, выйди! Это семейная сцена!

- Да никогда ты не будешь моей семьей! Ни­чьей не будешь! И не очень-то надо было!

- Завьялов поспешил уйти.

- Ну и пусть! Пусть! Пусть все слышат! Я ни­кого не боюсь! В отличие от тебя!

Александр кубарем скатился с крыльца'. По­думал: «Герману не позавидуешь. Как он умуд­рился связаться с такой истеричкой? Разве что дочь мэра!»

Так была здесь Маша или не была? Завьялов не нашел ничего лучшего, как спросить у нее в упор:

- Ты была у Германа?

Когда он вернулся, жена была уже дома, гото­вила обед, изо всех сил дедая вид, что ничего не произошло.

- Как ты мог такое подумать?

- Что подумать?

- Что я и Герман...

Она покраснела. А он разозлился:

- В том, что я это подумал, нет ничего удиви­тельного! Всем известно, что он первый в городе кобель! И я видел, как ты на него смотришь!

- И что в этом такого? - тихо сказала Маша. - Он красивый.