— Вы меня обманули, ваше имперачество! — заявила зло. — Зачем вам мое кольцо?
Он коварно улыбается уголком губ, и в его глазах появляется совсем недобрый блеск.
— Казна пустеет, пополнить хочу.
— Три ха-ха!
— Неужели ты думала, что я позарюсь на шлюху-проходимку?! — рявкнул он, подлетев ко мне стрелой. — Сыну хотел глаза раскрыть на ту, кого он в дом привел! Ты же дала бы мне, не заметь, как я к твоим безделушкам руки тяну.
— Не дала бы! — заявила, глазом не моргнув, но кошки на душе заскребли. Себя-то не обманешь.
— Самира ты, или Виталина, или вообще безымянная бродяжка, меня не волнует! Императрицей тебе не быть!
Стоило ему заявить это, как в зал вернулись двое стражей. Я сжалась, обняв плечи руками, под колючим взглядом монарха. Стиснув зубы, он процедил:
— В темницу ее!
Ахнуть мне не позволил, взмахом руки расписавшись в приказе, и стражи в жутких перчатках из грубой кожи подхватили меня под локти. Я понимала, что нужно что-то делать, как-то дать о себе знать Халу, иначе его папочка придумает какую-нибудь душещипательную историю о моем вероломном побеге, и принц никогда не узнает, как я томлюсь в тюрьме в то время, как мир медленно пожирает всепоглощающая сила древнего мага.
Когда меня вывели в коридор, я краем глаза заметила силуэт Таурлендиила в одной из комнат. Вырвавшись из лап зазевавшихся стражей, я бросилась к дверному проему и прокричала:
— Эльф!
Ну потому что это было короче, чем Таурлендиил…
На мое счастье, он откликнулся. Хотя мало ли, какого эльфа мимо пробегающая истеричка зовет.
Это, как если бы он встал посреди улицы и заорал: «Человек!» Странно? Не то слово!
— Самира! — Кинувшись ко мне, быстро заметил моих вооруженных сопровождающих и вынул меч из ножен.
— Ой-ёй! — Я опятилась под лязг холодного металла и закрыла уши руками. Так сильно, что кажется, они захрустели. Да и глаза зажмурились до вспышек.
— С тобой все хорошо? — Горячая нежная рука эльфа коснулась моего плеча.
Я нерешительно открыла один глаз, за ним — второй… и выдохнула.
Стражи корчились на полу, но по коридору слышался еще топот целого взвода.
— Мне нужно бежать, Таурлендиил, — с мольбой призналась я. — Я здесь в большой опасности.
Хорошо. Идем, — безоговорочно согласился он и потянул меня в сторону узкой винтовой лестницы.
Мы быстро спустились вниз, вышли во внутренний двор, по которому все еще расхаживали самые стойкие гости бала, и эльф усадил меня в колесницу, запряженную в тройку красивых белоснежных лошадей.
