Дневник Бриджит Джонс

– Что? – я чуть дара речи не лишилась.

– Да! – выкрикнула она. – Вообще-то цена – пятьдесят, но за второго человека в комнате наценка пятьдесят процентов.

– Как… какого еще второго?..

– Хватит, Бриджит, все слышали, что у тебя мужчина, – прохрюкала она. – Не волнуйся, любовь тут ни при чем, это просто Эдинбург. Я постараюсь, чтобы Дэниел об этом узнал. Будет ему урок.

Понедельник, 28 августа

Вернувшись, обнаружила сообщение от мамы с вопросом, не хочу ли я получить на Рождество кремовзбивалку.

Еще она напомнила, что Рождество в этом году приходится на понедельник, и в связи с этим поинтересовалась, приеду ли я в пятницу вечером или в субботу утром.

Значительно меньше меня раздражило письмо от Ричарда Финча, в котором он, хочется верить, сообщал, что берет меня на работу. Вот что там говорилось:

«Что ж, ласточка моя. Вперед».

– Ты не можешь так поступить, – прохрипел он. – Ты хоть представляешь, каково мне было в последние недели?

Тут в комнату ворвалась Перпетуя.

Наверное, шпионила за дверью.

– Дэниел! – взревела она. – Наглый бессовестный шантажист! Ты забыл, черт возьми, кто кого бросил? Придется уж как-нибудь смириться!

Похоже, я влюблена в Перпетую. Не в лесбийском смысле, конечно.

Понедельник, 4 сентября

– У меня новости, доченька! – начала она.

– Элейн приглашает тебя на свою рубиновую свадьбу! – она замолкла, восторженно затаив дыхание.

В голове у меня произошло замыкание.

Брайан и Элейн? Колин и Элейн? Элейн, которая замужем за Гордоном, который работал начальником аэродрома в Кеттеринге?

– Она решила пригласить кого-нибудь из молодежи, чтобы Марк не скучал.

– Он сказал Элейн, что ты очень симпатичная.

– Пф! Вот еще! – фыркнула я. Хотя было приятно.

– Не сомневаюсь, что именно это он и имел в виду.

– Так. Что он сказал дословно? – глухо спросила я, почуяв неладное.

– Он заметил, что ты такая…

– Ну, он употребил слово «чудаковатая».

Разве не мило? «Чудаковатая»! В любом случае, ты сама можешь его расспросить на празднике.

– Я не собираюсь тащиться в Хантингдон на празднование рубиновой свадьбы к людям, с которыми со времен раннего детства общалась один раз в течение восьми секунд, – лишь для того, чтобы попасться на глаза богатому адвокату, который считает меня чудаковатой.

– Не говори ерунды, доченька.