Не только нашу первую встречу, не только ощущение близкой беды, но и всё, что было между нами за эти годы. Сильвер… Кто он? Заботливый муж, мужчина, вернувший мне меня же саму, или беспощадный торговец чужими судьбами?! Кто?! Стоящие в глазах слёзы уже не имели ничего общего со злостью – это были слёзы беспомощности.
— Почему? – губы дрожали.
Алекс с отвращением поморщился. Показавшаяся на его щеке ямочка была худшей из насмешек, которую я только могла себе представить."
"— Потому что вокруг всегда ошивается слишком много народа, — выжидательный взгляд мне в глаза.
– Слишком, Берта. У стен частенько находятся уши. Так что молчание всегда безопаснее. Молчание, а в твоём случае ещё и подчинение.
Сказав это, он швырнул меня к своим ногам. Я всё-таки не удержалась. Перед носом оказались кожаные мокасины, которые я этой весной сама же выбрала в одном из итальянских бутиков. Приподнялась на руке и потянулась к паху мужа.
Ничего не соображая, дотронулась до него, до его бедра. Его глухой стон вопреки обычному не отозвался внутри удовлетворением и желанием.
Больше не пытаясь отыскать взгляд Алекса, обхватила губами член и вобрала так глубоко, как только могла. Ласкала языком, поглаживая пальцами мошонку. Больная обида выжигала то, что ещё не убил холод. Пустошь внутри меня становилась всё больше и больше, только на краях её ещё теплилось нечто, напоминающее жизнь.
Запрокинув голову, Алекс застонал громче. Я сильнее обхватила его ладонью и принялась быстрее двигать рукой.
Его желания были моими инстинктами. По головке языком, ладонью по всей длине и глубже, до самого горла. Как ему всегда нравилось. Как нравилось мне. Без прикрас, без цензуры и без запретов. Откровенно до грязи и безрассудно до безумия. Вкус и запах секса, соль кожи и влага низких поцелуев: в этом была суть нас.
Алекс толкнул меня вперёд, заставляя взять его ещё глубже. Я подчинилась, но этого было мало. Ещё один грубый толчок.
— Работай, — процедил он, и в этот же момент прямо возле двери раздались голоса.
– Да, малышка. Хорошо…
Несколько раз я провела по плоти рукой, мелкими поцелуями вслед за своими пальцами. Губами по дорожке тёмных волос к пупку и снова вниз. Языком провела по основанию, дальше – ниже и глубоко в себя.
— Хорошо, девочка, — зарычал Алекс, держа меня за волосы. – Н-да… Давай.
Я принялась двигать рукой. Неспешно, а потом всё быстрее и быстрее. Алекс качнул бёдрами, вогнал член до предела.
