Дочь седых белогорий

Организм вьючных животных устроен так, что им необходим подножный корм – олений мох. Здесь, на юге, в Саянах в отличие от Севера он растёт на большой высоте, у подножия поднебесных пиков. Богатый витаминами, минеральными веществами и калориями, ягель служит оленям как основа пищи. Никакая другая растительность не может заменить его животным. Как опытный каюр Загбой знает об этом и в определённое время поднимается на нужную высоту, чтобы дать своим подопечным вволю насытиться любимым лакомством.

Егор и Ченка готовятся к рыбалке.

Время торопит: скоро вскроется ото льда озеро, рыба пойдёт на нерест, а у них ещё не готовы орудия лова. Молодая мать подсаживает на кожаную тетиву новое полотно сети. Русский смолит осиновую долблёнку.

Несколько дней назад Егор попросил Загбоя притащить на оленях от первого зимовья, что находится на противоположном берегу озера лодку и сети. Он охотно согласился на его просьбу, рано утром, по крепкому насту на трёх учагах доставил деревянную посудину и средства для рыбалки к стойбищу.

Потом тщательно осмотрел четырёхметровую долблёнку и сделал свой, соответствующий вывод:

– Отнако, сильно пальшая, тяшёлая. Зачем так много терева? Надо резать пересту, шить жилами и клеить рыбой. Вот тогда путет карашо!

Егор с удивлением разглядывал сети русских. Сплетённые из толстой суровой нитки и конского волоса, они вызвали ещё большее недовольство. Загбой долго перебирал ячейки, теребил узлы, недовольно качал головой и так же остался недоволен работой.

– Сапсем плахой нитка. Слабый, гнилой, пыстро рвётся. Много рыба не поймаешь. А волос групый, отнако. Ткнется таймень – отойтёт. Так можно голотный остаться, – проговорил он и показал Егору свои, эвенкийские, сети, связанные руками Ченки. – Смотри, отнако! Надо жилы зверя распускать. Они мягкие, прочные. Много лет рыбу ловят.

Егор не стал спорить: в словах кочевника кроется многовековая практика его народа. Пусть будет так, как говорит он. А время расставит всё на свои места.

После обеда посветлело. Мелкий дождь прекратил свое нудное нашествие. Легкий ветерок разорвал низкие облака. Ласковое, весеннее солнышко бросило добрую улыбку на притихшую землю. На разные голоса заговорил дикий мир тайги. Воздух посвежел, сделался тёплым и ласковым.

Пользуясь случаем, Ченка сразу же вытащила из чума на улицу свою дочурку. С улыбкой посмотрев на нее, молодая мать поставила лёгкую зыбку неподалеку от костра, на солнце и принялась за работу.