Боль – всего лишь тупое человеческое чувство. Я знаю, что переживу это. Я уверен. Я выживал и не в таком. Я лишь чувствую, что дышать совсем сложно. Но хватаюсь. За рельсу. Подтягиваюсь. К Сергею.
Тяжелая нога. На спине. Задыхаюсь. От крови во рту. И пытаюсь. Ее выплюнуть.
Там Сергей. Там мой Сергей.
Я поднимаю. Голову и. Открываю глаза. Там Сергей. Я хочу. К нему. Просто обнять. Я сумею. Я подтягиваюсь. Не двигаюсь. С места.
Я чувствую. Сергей рядом. Вот здесь.
Я чувствую. Дуло. У головы.
========== Самоуничтожение ==========
Комментарий к Самоуничтожение
Его все еще нет.
Я не знаю, сколько времени прошло, потому что сколько бы я ни смотрел на часы, которые он подарил мне, стрелка не двигалась ни на миллиметр. Мои внутренние часы, которые только, я думал, пришли в норму, дали сбой. Все было просто: если Олег рядом, значит уже вечер или ночь, если нет – утро и день. Но ни утро, ни день не могут быть бесконечными. Но я чувствую – прошла целая вечность. А его все еще нет.
Лампочка мигает. Она под самым потолком.
Он оставляет ее включенной (всегда, когда уходит), а я не могу выключить. Пробовал разбить – сил не хватило. Я только чувствую, как слабею с каждым часом (а может, и минутой – я совсем запутался во времени). И все жду, жду, жду, когда он вернется. Свет уже с ума сводит, а дышать под одеялом – единственном темном месте в этой проклятой комнате – слишком сложно. Кислорода и так не слишком много, а отопление только ухудшает положение.
Боже, как же у меня болит голова.
Меня все еще тошнит, но уже попросту нечем: не помню, когда в последний раз ел.
И я не понимаю, сколько времени уже здесь нахожусь. И с каждым днем (часом и минутой) задаюсь одним и тем же вопросом: за что? Почему он бросил меня? Почему он оставил меня здесь умирать? В полном одиночестве, наедине с собой (а хуже этого не может быть ничего – это не преувеличение и не жалоба, это – чистая правда).
Я не знаю, что сводит меня с ума сильнее: голод, яркий свет, который я не могу выключить, или он. Каждый раз, когда он просыпается, я чувствую, что постепенно теряю себя, как бы странно это ни звучало.
Я превращаюсь в монстра. В того монстра, сотворенного моими собственными руками. Я создал этого монстра давно, очень давно, он был частью меня всю мою жизнь, но проснулся лишь сейчас, чтобы уничтожить меня и занять мое место. Он сильнее меня, хитрее меня, беспощаднее и кровавее. То, что я творил с этими бездомными уродами – детские игры рядом с тем, какие картины показывал он мне.
