– Если бы ты меня не толкнул, я не просто ушиблась бы – сейчас меня не было бы в живых.
Он улыбнулся.
– Мне жаль, что ты ушиблась, – искренне сказал он.
– Ничего, – беспечно отозвалась она. – Иначе я никогда бы не встретила тебя.
Он кивнул, дальнейший вечер прошел гладко, хотя Вероника мысленно отметила, что Эйдан испытывает затаенное недовольство по отношению ко всем, кого считает «богачами», и Николай явно попадает в эту категорию – в отличие от ее самой. Ее наследство – сущая мелочь по сравнению с состоянием Николая.
Так или иначе, люди, у которых есть деньги, вызывали недовольство Эйдана, каким бы путем это богатство ни досталось им.
Та же тема вновь всплыла после того, как они побывали в Палаццо Веккьо и Палаццо Питти, где видели свидетельства несметных богатств Флоренции в далеком прошлом. Эйдан разразился очередной обличительной речью о богачах и о том, что они понятия не имеют о настоящей жизни, но Вероника не спешила соглашаться с ним.
– Деньги не спасают от проблем, Эйдан, – попыталась объяснить она ему.
– Моя мама умерла, когда мне было пятнадцать лет, отец – когда мне исполнился двадцать один год. И деньги, к моему огромному сожалению, их не спасли. Богатые люди умирают, болеют, страдают оттого, что их сердце разбито, – точно так же, как все остальные. Просто деньги обеспечивают больше комфорта, даже когда приходит беда.
Эйдан злился всякий раз, когда поднимал ту же тему, но по-настоящему встревожился, когда в тихую минуту после ужина Вероника призналась, что на долю секунды в Риме ей захотелось попасть под «Феррари», поэтому она и стояла неподвижно, искушая судьбу.
Она объяснила, что смерть Пола глубоко опечалила ее – вдобавок к безобразным откровениям, выяснившимся при чтении его завещания. Дети выросли и разъехались, ее жизнь потеряла смысл. Эйдан ужаснулся ее словам."
"– А теперь послушай о том, как жил я, – с мукой в голосе произнес он, глядя ей в глаза. – Моя мать покончила с собой, когда мне было двенадцать, потому что всю свою жизнь она была несчастна.
Она устала жить в нищете и, несмотря на усердный труд, даже не иметь возможности каждый день есть досыта. Мой отец пропивал все деньги, которые она зарабатывала, до последнего цента, изменял ей с соседками, избивал ее, когда напивался. И она покончила с собой, потому что другого выхода не видела.
Вероника ошеломленно молчала, а потом, не зная, как быть, положила руку на стол и накрыла ладонью его ладонь. При виде боли в глазах Эйдана ее сердце облилось кровью.
