Егор Смирнов: каникулы в СССР. Том 1

Теперь надо было аккуратно ее достать, чтобы не порвать об острые железные края ящика, быстро посмотреть число и также осторожно засунуть обратно. Быстро справившись с поставленной задачей, я развернул газету. Это был субботний выпуск «Правды» №152 от 1 июня 1985 года.

С замиранием сердца я держал в руках вновь ожившую историю. На первой странице большими буквами было выведено: «Дружеская встреча» и чуть ниже: «31 мая Генеральный секретарь ЦК КПСС М. С. Горбачев встретился с Генеральным секретарем ЦК КПЧ, Президентом ЧССР Г.

Гусаком, находившимся в СССР с дружественным визитом.»

Да уж, вот тебе и история. Чехословакия — сателлит СССР под руководством Густава Гусака. Он держится у власти уже довольно давно — с 1969 года и ему, если дата на газете не врет, осталось еще чуть меньше четырех с половиной лет. А потом все быстро развалится к чертовой матери. В конечном итоге рухнут друг за другом Организация Варшавского Договора и великий могучий Советский Союз.

Тьфу ты! И куда меня только понесло⁈ Я же еще ребенок.

Надо быстрее убрать газету обратно в ящик, пока столбовые дворянки, заседающие у подъезда, не решили проверить, чем я тут занят. Я суетливо засунул «Правду» в ящик 60-й квартиры и помчался по лестнице на четвертый этаж.

На бегу я с интересом соображал, что сегодня, оказывается, тоже первое июня и тоже суббота, все, как и в 2024-м, когда я отправился купаться. Только сейчас не двадцать четвертый, а восемьдесят пятый год прошлого века. Минус тридцать девять лет.

Ну, ничего себе, искупаться, понимаешь-ли, сходил!

И вот она наконец передо мной: обычная деревянная дверь, выкрашенная светло-коричневой краской, с прибитыми сверху металлическими цифрами 5 и 9, а справа, на расстоянии вытянутой руки — дверной звонок с большой прямоугольной светло-желтой кнопкой.

Я пошарил по карманам — ключа нигде не было. Сделав пару глубоких вдохов, я поднял тощую детскую ручку и осторожно постучал костяшками в дверь. Изнутри послышались легкие мамины шаги.

Такие ни с чем не спутаешь.

И вот уже отворяется дверь и из-за нее выглядывает улыбающееся, до боли знакомое и родное лицо. Я замираю и осматриваю маму с головы до ног. На ней поверх легкого летнего платья накинут передник, а в мокрых руках она держит не до конца очищенную картофелину.

— Нагулялся уже? — как ни в чем не бывало спросила она и вернулась на кухню.

Я сделал несколько глубоких вдохов, взял себя в руки и, прикрыв за собой дверь, вошел в прихожую.